Князь тишины. Илья Казаков – о Сергее Фурсенко

 

Визит Мишеля Платини в Москву и последовавший за приездом президента УЕФА исполком РФС не только прояснили судьбу крымского футбола в ближайшей перспективе, но и подвели черту под присутствием России в другом исполкоме – УЕФА. Еще два месяца это место будет формально наше. Потом – новые выборы и новый состав руководящего органа. Без нашего представителя в нем. Сергей Александрович Фурсенко, бывший президент РФС и бывший президент «Зенита», расстается с этой загадочной представительской миссией и одновременно обретает образ полной загадочности.

Князь тишины. Илья Казаков – о Сергее Фурсенко

***

Ни до, ни после Сергея Александровича не было в нашем футболе фигуры столь мистической — от возвышения и триумфа, до падения и исчезновения. Все те два с половиной года, что прошли со дня его ухода из РФС, третий президент в истории союза старательно избегал внимания общества. Его удалось увидеть только на прошлой церемонии награждения победителей Лиги чемпионов: когда Платини вручал кубок победителям, в кадре мелькнуло знакомое лицо с узнаваемой улыбкой. Те, кто не знал о присутствии Фурсенко в УЕФА, были потрясены. В тот момент возникло ощущение невообразимого фокуса — точно при трюках великого Гудини. Когда его, обвязанного цепями и закрытого на железный замок, бросили в воду, а он выбрался вопреки всему целым и невредимым.

Старики-разбойники. Илья Казаков – о тренерах, которые еще могут вернуться в футбол

Увы, это была только лишь иллюзия. На встречах четвертого президента РФС Николая Толстых с журналистами, практикуемых им на постоянной основе, коллеги несколько раз в разные времена задавали вопрос о судьбе предшественника, имея в виду не только долги, оставшиеся со времени его правления, но и вклад Сергея Александровича в лоббирование интересов отечественного футбола за рубежом, включая высшие инстанции. На первых порах Толстых шутил – в саркастичной манере. Потом шутки как-то сошли на нет, как, впрочем, и вопросы. Сергею Фурсенко и здесь удалось дематериализоваться.

Князь тишины. Илья Казаков – о Сергее Фурсенко

***

По своим каналам я пытался узнать, чем сегодня живет руководитель, при котором «Зенит» пережил свои золотые времена. Целостной картины не сложилось, что объяснимо: круги общения изначально были разные.

Кто-то сказал, что Сергей Александрович был огорчен, что не удалось реализовать творческие идеи в проекте Модного дома «Серджио Элефант». Кто-то поведал, что он до сих пор глубоко переживает трагедию матча с греками. Кто-то сообщил, что он не выходит из мира теней, потому что пока нет новой футбольной истории, с которой было бы красиво явить себя миру.

Команда года. Илья Казаков – о том, чем ему запомнился 2014 год

Но многие хвосты оказались обрублены — признание Дика Адвоката в отсутствии даже заочного общения с бывшим другом и работодателем не было единственным. Бывший персональный аналитический психолог президента Каринэ Гюльазизова настойчиво посылала ему импульсы с помощью прессы, дав несколько программных интервью в конце 2012-го. Красной нитью в них проходил тезис: Фурсенко ушел победителем, а не проигравшим. Под текстом читался призыв вернуться к опекунше. Как понимаю, напрасный. Неудивительно: Сергей Александрович запомнился заботой о собственном имидже в масс-медиа и футбольных кругах, включая болельщицкие. Он готов был рубить сплеча, в том числе и прежние связи. И он никогда не оставлял впечатления человека, который готов бесконечно долго перемывать в разговоре события минувших дней.

Князь тишины. Илья Казаков – о Сергее Фурсенко

***

Человек, предпочитавший костюм в полоску любому другому стилю одежды, и президент РФС, при котором федерация прошла через бурное море революционных преобразований и новаторских идей, пронесся вихрем через наш футбол и пропал точно так же, как это природное явление. Идея призвать главных тренеров сборной к ответу за проведенный цикл в виде полновесного письменного отчета не нова. Ее высказывали не раз, начиная с эпохи Хиддинка. Может быть, высказывали и раньше, просто те призывы так не запомнились. Но никто пока не потребовал подобной отчетности от руководителя, где были бы отражены приоритеты, цели и задачи организации в период его правления: от замысла до реализации. Это читалось бы потом не хуже романа. Применительно к правлению Сергея Александровича уж точно.

Сергей Александрович запомнился заботой о собственном имидже

Генсек РФС Анатолий Воробьев недавно удивил народ признанием, что Кодекс чести, напрямую ассоциирующийся с Фурсенко, был хорош и полезен своим посылом о доверии в футболе, ныне, по мнению Анатолия Ивановича, утраченном. Фурсенко и Толстых воспринимались как стопроцентные антиподы — от жизненных кредо до последних нюансов. Казалось, ничего общего между ними, кроме работы во главе федерации, и близко быть не может. А тот Кодекс чести – не более чем малообъяснимый ритуал или блажь (лично мне он представлялся не одухотворенной наивностью, а прописанным рубежом: все, что было до него, подлежит амнистии, старые грехи, даже неназванные, отпущены, а вот за новые спросим). Любая трактовка кодекса теперь считается вольной, истинных причин не услышать, поскольку Сергей Александрович ничего никому после отставки не сказал.

Как и о других своих замыслах — будь то переход на схему «осень–весна», музей футбола, парк футбола и многочисленное прочее. И, полагаю, так и не скажет — по крайней мере, чего-то нового. Он редко баловал публику откровениями, предпочитая им оригинальность.

Его яркость и уникальность были несомненным явлением в нашем футболе, который, казалось, видел на своем веку многое. Но такого героя, как Сергей Александрович Фурсенко, не было и, вероятно, больше не будет.

Князь тишины. Илья Казаков – о Сергее Фурсенко

***

Однажды, когда сборная находилась в Катаре, президент огорошил собравшихся в холле отеля неожиданным признанием. Сказал, что знаменитая революционерка Софья Перовская — его родня, «моя бабка». Мы застыли в изумлении, не понимая: пошутил он, любитель анекдотов и кроссвордов, над нами или нет?

Жизнь в переходе. Илья Казаков — о главных турнирах межсезонья

Сейчас я склонен думать, что нет. И гены революционерки так сыграли через много лет в ее родственнике, ставшем самым необычным футбольным функционером России. Его «Зенит» стал мечтой, но, перешагнув этот уровень, не стало ни прежнего «Зенита», ни Сергея Александровича Фурсенко. Он горел ярко и, как понимаю, не хочет пейзажа с угольками на месте былого костра. Его право оставить все вопросы неотгаданными. Жаль, что так.

Текст: Илья Казаков

Фото: Global Look Press

Скачайте наше приложение «90 минут»!           

App Store: https://itunes.apple.com/ru/app/90-minutes/id946660322?l=en&mt=8            

Google Play: https://play.google.com/store/apps/details?id=net.magtoapp.viewer.ninetyminutes

Аппстор  googleplay 90 минут

Поделиться:

Илья Казаков

Комментатор ВГТРК, пресс-атташе сборной России с 2005 по 2015 гг, автор книги «Настоящая сборная, или феномен Хиддинка»

Футбол утром в вашей почте

Утренняя рассылка ftbl.ru - всё, что важно знать с утра

 

Загрузка...

Добавить комментарий

Войти с помощью: