| Глеб Чернявский

Сергей Андреев: «На деньги от моего трансфера в Ростове появился аппарат, дробящий камни в почках»

Легенда ростовского футбола Сергей Андреев сегодня тренирует македонский «Вардар». В интервью еженедельнику «Футбол» бывший нападающий рассказал, как вратарь СКА метал копье в своего нападающего, как Владимир Федотов боролся с пьянством и как Константин Бесков сглаживал конфликты. 

Сергей Андреев: «На деньги от моего трансфера в Ростове появился аппарат, дробящий камни в почках»

«Вардар»

– Где и когда вам предложили стать главным тренером «Вардара»?
– Сидел семь месяцев без работы. Позвонил своему хорошему другу Александру Андрющенко – владельцу футбольного клуба МИТОС. Это Новочеркасск, 25 км от Ростова. Говорю ему: «Саша, так и так, работы нет, жить особо не на что, выручай». Он придумал мне должность: курировать всех тренеров его спецшколы. В общем, работа такая – «не бей лежачего» называется. Обсудили, сижу дома, раздается звонок. Смотрю: господи, что это же за цифры такие? – «Сергей Васильевич, привет! Самсоненко беспокоит».

– Самсоненко – владелец «Вардара»?
– Да. Мы с ним были знакомы раньше, в теннис играли. Он знает меня как тренера, помнит как футболиста. Я тоже знаю его: он в Ростове парный турнир по теннису организовывает уже больше десяти лет. В общем, говорит мне: «Ты же в курсе, что у меня теперь футбольный клуб?» – «Знаю, Сергей Борисович. Я только думал, что вы не в Македонии, а в Хорватии». У него же еще два гандбольных клуба есть, которые входят в пятерку лучших команд Европы. Он недавно из «Барселоны» купил лучшего вратаря мира. Так вот он продолжает: «Я взял команду «Вардар», хочу тебя пригласить тренером. Как ты смотришь на это?» Я, естественно, ответил, что смотрю на это только положительно. Мы встретились, обо всем договорились, в прошлом феврале я начал работать.

Тогда трансферный период закончился, ничего сделать было нельзя. Какую принял команду, такую и принял. «Вардар» шел на втором месте, уступал первому только по соотношению мячей. Заняли в итоге пятое место, даже не вошли в еврокубки. Провал полнейший. В России или еще где-нибудь мне бы голову оторвали мгновенно. Но Самсоненко не только крупный бизнесмен. Он спортсмен, пусть и непрофессиональный. Говорит мне: «Спокойно работай, создавай команду». Я понял, что с тем контингентом никаких дел не будет. Их сбродом даже назвать нельзя было. Набирали, наверное, так: «Хочешь играть в футбол? Заходи!» Я выгнал сразу 13 человек. Хотел 18, но не дали. Приобрели семерых – все теперь играют в стартовом составе.

– Вы их сами искали?
– Нет, я трансферами не занимаюсь. Называю позицию, селекционный отдел и спортивный директор – он в прошлом игрок сборной Македонии – начинают работу. Я их даже не просматриваю перед подписанием. А чего мне на них смотреть? Один – игрок сборной Македонии, другой – бывший игрок сборной Македонии. И все такие – люди, которые поиграли. Кстати, некоторых наших футболистов в сборную уже не вызывали, но сейчас опять стали приглашать: доказали своей игрой.

– Кто придумал пригласить Сенияда Ибричича?
– Осенью у меня был только один плеймейкер. Валерий Георгиевич (Газзаев. – Ред.) может сказать, что такого амплуа не существует, но у меня плеймейкер есть в схемах. Мы искали-искали – что-то хороших вариантов не было. Сидим как-то в ресторане, подходят ко мне и говорят: «Шеф, есть вариант пригласить Ибричича». У меня сразу в голове фраза Смородской про одного из лучших плеймейкеров Европы. Отвечаю им: «Ребята, я бы не отказался». В «Локомотиве» я его не помню уже, но сразу навел справки. Позвонил Лоськову, Глушакову – ребята отозвались положительно. Вот так Ибричич пришел и тренируется. Он пока еще функционально готов не на сто процентов, но мастерство видно.

Сенияд Ибричич: «Никто не знает, за что из «Локомотива» уволили Красножана»

– Я только что пообщался с Ибричичем, он сказал, что вы необычный тренер – не орете на игроков.
– А смысл орать? Я отношусь к игрокам с уважением. Например, никогда никого по вечерам не проверяю. Но я не мягкая игрушка, я очень жесткий тренер.

– На каком языке вы с ними разговариваете?
– Я как собака: понимаю много – процентов 75% македонской речи. Сказать только не могу. Отдельные фразы, отдельные слова могу произнести. Но у меня в команде человек шесть хорошо говорят по-русски. Бывший вратарь Саша Илич играл в Петербурге, прекрасно знает язык. Горан Попов тут вообще по-русски песни поет: «А я сяду в кабриолет…» Все песни знает, гад! Ибричич язык помнит, без вопросов. Так что полкоманды говорит по-русски, даже установки понимают.

Сергей Андреев

Алкоголь

– Вы сказали, что доверяете игрокам. В ваше время игрокам не доверяли?
– Тренеры старой школы после одиннадцати вечера ежедневно ходили по номерам. И ко мне заходили, хотя меня не надо было проверять. Я был профессионал, даже суперпрофессионал в этом плане. Йожеф Сабо, например, в Луганске каждый день приходил ко всем. Открывает дверь, смотрит, на месте я или нет. Но раньше-то попивали, причем попивали достаточно много. Сейчас все немного иначе. Хотя недавно ребята меня спросили: «Шеф, ты же играл в футбол, неужели за 22 года у тебя никаких нарушений режима не было?» Не было. Даже мыслей таких не было!

– До какой степени футболисты тогда могли напиться?
– Не поверишь, вчера лежал и вспоминал эту историю. У меня положение в СКА было не самое лучшее. Называется это все одним словом: «зависть». Команда занимает двенадцатое или пятнадцатое место, а я игрок сборной. Кое-кому это не нравилось. Главное, была бы зависть от человека, с которым я борюсь за место. Нет, самый главный мой оппонент был вратарь по фамилии Радаев. Ненависть была исключительная. Так вот, до чемпионата мира 1982 года три месяца. А тогда на Кубок СССР играли по-другому: собираются шесть команд, например в Баку, живут и играют. По пять матчей каждая. Играем мы с Баку в Баку. 2:0 – изорвали в клочья. Всего третий матч, а мы чуть ли не обеспечили себе место в следующем этапе. Дают два дня отдыха, Радаев и Славка Дегтярев вечером нажрались. Наутро абсолютно все в курсе.

– Откуда все в курсе?
– Их нет ни на завтраке, ни на тренировке, нигде. Владимир Григорьевич Федотов зовет всех к себе в комнату, собрание по этому вопросу. Естественно, без главных героев – они просто не могли подняться. Я знал, как все пойдет и чем все закончится. Собрание-то было номер 153 по счету, наверное. Федотов обращается ко всем: «Кто хочет сказать?» Я подумал и решил, что оно мне не надо. Сел в уголочке и даже этот бред не слушал. Одного, второго, третьего спросили. В итоге до меня дошло. Я сначала отнекивался, но говорить все-таки заставили. Ведь игрок сборной СССР! Я их спрашиваю: «Вы что сами хотите, каков ваш вердикт?» Капитан говорит: «Я предлагаю последнее предупреждение, деньгами наказать!»

Слушать это было невозможно, обращаюсь к Федотову: «Владимир Григорьевич, какое это будет последнее предупреждение Радаеву по счету? 884-е за два года? Мне так надоело все это – все эти собрания, все эти предупреждения. Я вообще мог сюда не подниматься. Они же позволили себе не прийти, а я чем хуже? Вы думаете, мне выпить не хочется (хотя в то время и не хотелось)? Почему я себе не могу этого позволить? Он что, звезда? Какой-то статус у него? Он нас выручает? Голы забивает? Хотите знать мое мнение? Слушайте: выгнать! Да еще дисквалифицировать. А если вы мое требование не выполните, я спокойно куплю билет на самолет и улечу отсюда». Закончил говорить – тишина.

– Кто нарушил?
– Я через несколько секунд добавил: «Понятно, что вы сейчас проголосуете за последнее предупреждение, в итоге ничего им не будет. Ваше право. Но я сразу отсюда уеду. Вот такое мое мнение, вы же его просили». И кто-то вдруг меня поддержал: «Да! Андреев прав! Он полностью прав!» За ним еще вроде несколько человек закивали, хотя большинство все равно было против. Я встал, дверь открыл и пошел к ним в номер – к обормотам этим. Поднимаюсь, лежат в полнейшие дрова. Пара бутылок водки валяется, одна стоит. Наполовину пустая. Или наполовину полная. Не знаю, как там правильно говорится. Чучело по имени Радаев меня не интересовало. А вот со Славкой Дегтяревым хорошие отношения были. Я говорю: «Слава, ситуация серьезная. Вас могут выгнать. Я тебя прошу: приди, попроси прощения. Как друг советую». В итоге Дегтярева простили. А Радаева выгнали.

– Он вам сказал что-нибудь, когда протрезвел?
– Ему билет взяли в Ростов. Говорят, езжай, рассчитывайся – он уехал. Сидим, время десять-одиннадцать, в карты играем. Открывается дверь, заходит Радаев. Рейс задержали на шесть часов. Я спокойно сижу, карты держу. Радаев стоит, сопит. Понятно, что драки быть никакой не могло. Он огромный – 195 рост, просто избил бы меня. Но ничего не случилось, больше об этой фамилии ничего не слышал и слышать не хочу.

– Тренировать русских и тренировать македонцев – разные вещи?
– В последние десять–пятнадцать лет разница эта стерлась. Когда появились серьезные, а точнее, несерьезные зарплаты, люди в России стали профессиональнее. Вот мы раньше получали 250 рублей, можно было просто себя обеспечить на сегодняшний день. А сейчас заработные платы 150–200 тысяч евро в месяц – этим за три года можно не только себя и детей, а даже внуков обеспечить. Сейчас не пьют, но при этом выгнать футболиста почти невозможно. Это раньше напился один раз, второй, третий – выставили из команды, и все. Сейчас так не получится: контракты, юристы, все дела.

– Футболисты «Вардара» знают, каким вы были футболистом?
– Сейчас трудно не знать. Столько источников ведь – вбил фамилию в «Википедию», и все. Они обо мне всю подноготную знают. В курсе, что тренер их был не самым плохим футболистом. Показывают мне фото старые: «Шеф, какие крутые у тебя волосы были!» Я им отвечаю: «Эх, видели бы вы мой удар!»

Сергей Андреев

Швеция

– Вы были одним из первых, кто уехал играть за границу. Как все случилось?
– Мы с Серегой Пригодой уехали пятые-шестые, если не считать Толика Зинченко – его не берем. Как он уехал – тайна невероятная. Из Советского Союза в Австрию. Во враждебный лагерь! Границу, что ли, случайно перебежал, а когда все опомнились, поезд уже ушел. Не знаю, нереальная вещь. Нас шведский клуб «Эстер» купил за несколько десятков тысяч долларов. Небольшие деньги. Тем более тогда в стране не было валюты. Я, кстати, знаю, куда пошли эти деньги. Понятно, что львиную долю забрала страшная организация «Совинтерспорт» – те самые бездельники, которые были посредниками в переговорах.

Проходит год. Недалеко от стадиона «Ростсельмаш» есть городская больница. Большая, хорошая. Приходит к генеральному директору клуба Мазневу человек и говорит: «Василий Иванович, просьба необычайная. Я знаю, что за Андреева поступили деньги от «Совинспорта»: десять тысяч долларов. Выручайте, есть возможность приобрести аппарат, который дробит камни в почках. Это прорыв в медицине!» Ну, понимаешь, чтобы от камней избавляться без операций. Василий Иваныч согласился, клуб отдал всю валюту, что за меня заплатили. Так что какую-то пользу стране я принес. А тогда вообще за валюту 7–8 лет давали. Нашли у тебя в кармане 20 долларов – можешь не сомневаться: ты сидишь в тюрьме.

– В Европе популярна «система стукачества» – Андрей Воронин мне рассказывал, как он подвозил одноклубников домой после тренировок, а те потом звонили в полицию и сообщали, что водитель говорит по телефону во время движения. Вы тогда такое встречали в Швеции?
– В мое время не было телефонов, но перед самым отъездом в «Мьельбю» я увидел парня, который говорил по телефону без провода. Я еще не знал, что такое бывает, но где-то слышал. Стоит такой, огромную бандуру около уха держит, разговаривает! О чем ты спрашивал, напомни? У меня шесть сотрясений мозга было, могу скакать от одного к другому. А, про стукачество. Там это обычное явление. Едешь, например, по дороге, полицейских нет. Сплошная линия, смотришь: на встречной никого. Раз – и обогнал. Не имеет значения, кто за рулем машины, которую ты обогнал: бабушка, дедушка, молодой человек. Они при возможности сразу звонят в полицию, и тебя через 20 км останавливают. И верят этому человеку. Без вопросов!

– Какие еще открытия вы сделали в Швеции?
– Я там понял, что должен делать легионер в чужой стране. Знаешь, что? Быть сильнее всех на две головы. Первый год, становлюсь лучшим бомбардиром в первой лиге. Мы вышли в Премьер-лигу, в стартовом матче сразу забиваю. Во второй игре тоже все нормально, в третьей как-то тяжелее идет. Ну, во-первых, уровень другой. Во-вторых, 34 года, скорость не та. Стало не так много голов, стало не так много голевых передач. И на седьмую-восьмую игру меня из состава убрали – потому что я был всего лишь чуть сильнее остальных. А должен был быть значительно сильнее. Раз легионер, раз за меня заплатили деньги. Хотя я тренировался, не ленился. Просто стало намного тяжелее. 34 года, избитый советским футболом как собака. Но я себя вел как настоящий профессионал. Я приехал из Швеции и играл в футбол еще два с половиной года. И не просто играл – за 8 игр сразу забил 7 мячей. Мог бы играть до 40–41, но меня назначили главным тренером.

– Существовали защитники, против которых вам было тяжело?
– Гена Морозов из «Спартака» часто играл против меня персонально. Из-под него только один гол забил – как раз в финале Кубка СССР на 84-й минуте. Как только ставили Бубнова или еще кого, было проще.

– Бубнов выпустил книгу, в которой…
– Не хотел бы Сашу обсуждать. По той причине, что у него все равно будет последнее слово. У него такое количество площадок в прессе! Вообще, он не просто перебарщивает. Он, простите, обсирает людей, которые играли раньше, с которыми играл он. Если Бубнова послушать – ну вообще космический игрок. Поверь мне, самый обычный футболист. Вот самый обычный! Да, играл в сборной, но ничем не выделялся, если только ростом. Особенно неприятное ощущение было после программы «Удар головой», где эта была, Шадрина – какая красивая девушка! Вот там Бубнов со всеми поругался, просто орал. Поведение безобразное, так себя вести нельзя.

Вечерний Бубнов. Как зарабатывают футбольные комментаторы и эксперты

– Он на этом и сделал себе медийность.
– Сейчас скажу одну вещь. Тебе, наверное, она не понравится. Вот мы говорим уже второй час. Я могу еще десять часов наговаривать, но ты же все равно опубликуешь не все. Оставишь только жареное. Вы же любите жареное. Наверное, это правильно. Действительно, начну банальности говорить, кому это будет интересно? Вот вы и выбираете. У меня был случай, когда тренировал «Ростсельмаш». С корреспондентом газеты «Спорт-Экспресс» Евгением Серовым. У нас с ним и споры случались, и ссоры, но в целом отношения нормальные. Идет пресс-конференция, руки тянут, вопросы задают. Я говорю банальщину, а Серов спит. Даже слышно, как храпит. И вдруг меня что-то спросили провокационное, я взял и резко ответил. Серов в ту же секунду как проснется, как застрочит! Я сразу понял, что упорол косяка. Думаю: «Вот же ты дурак, Андреев. Хорошо же было десять минут, зачем ты это ляпнул?» И что ты думаешь? В газете вышел только один мой резкий ответ – две строчки: «Андреев сказал, что голову кому-то там оторвет».

Сергей Андреев

Охотники

– Вы как-то сказали про Дасаева: «Он же вратарь – от него можно ждать что угодно». Люди этого амплуа странные?
– Они, конечно, своеобразные люди, с этим нельзя спорить. Кстати, Татарин – один из самых нормальных вратарей. В СКА был у нас Саша Скотаренко. Вратарь! Дождь шел, два поля залило, тренировались на гарьке. Подача, удар – нападающий Воробьев метров с шести со всей силы ему в морду попадает. Тот даже не реагирует – точно в нос прилетает мяч! Тишина. Все же знают, что Скотаренко прибитый. Ждем, что будет. И тут звуки: «А-у-а-ы-а-а!» Глаза бешеные, хватает пику из ворот, которая сетку держит, и бежит за Воробьевым! Секунд пятнадцать бежал, а когда выдохся, решил кинуть, как копье. Слава богу, не попал. Попал бы, Воробью бы точно хана! У нас, кстати, в СКА не только алкоголики были, но и охотники.

– Сейчас была история не про охотника?
– Нет, сейчас будет про реальных охотников. Приезжаем на базу за два дня до игры. А вместе с футболистами приезжают шесть ружей. Настоящие, с пулями, с дробью. Перестреляли всех птиц: воробьев, галок, ворон… Кто там еще летает? Я птиц даже столько не знаю. Потом начали деревья крушить. Среди охотников два вратаря: Руденко и Скотаренко. После этого скажешь, что вратари нормальные? Представь просто: сидишь на базе, готовишься к игре и слышишь: «Ты-дыщ! Ба-бах!» Канонада просто! У нас база была размером где-то в пять квадратных километров. Я тебе серьезно говорю: над нами птицы не летали. Вратари-охотники выбили всех.

– Это просто СКА не тренировал Бесков. Он правда многое запрещал?
Запрещал все. Константин Иванович – очень своеобразный человек. Психолог был сильнейший. Мы как-то тренировались в манеже, играем в квадрат. Четыре на четыре. Мне засунули пас в угол, неудобно было – потерял мяч. А Блохин же ходит вечно недовольный, бубнит там чего-то. Я пас не принял, он рот сразу открывает, хотя надоел своим бубнением. Начинает мне рассказывать: мол, вот ты такой-сякой, пятое-десятое. Я взял мяч и пошел к нему. Шел бить его – однозначно бить. Слышу Константина Ивановича: «Андреев! Андреев!» Я остановился, думаю, что лучше не надо, могут выгнать из сборной, еще и со скандалом. «Ладно, – говорю, – живи, Блоха».

На следующий день улетаем. Не помню, в какую страну, в какой город. Константин Иванович всегда сам распределял, кто и с кем будет в номерах жить. Я всегда жил в сборной с Шавло – так Бесков селил. И тут – раз: «Номер 222, Андреев и Блохин». Все смотрят с ужасом: сейчас что-то будет! Я подошел к нему, говорю: «Блоха, рот заткни свой, чтобы эксцессов не было». Так и помирились, хотя и не сказать, что прямо уж ссорились. Но полтора дня вместе прожили – все хорошо стало. Хотя этот конфликт мог тлеть долго. Но Бесков своей волей взял и сразу его устранил. Оба заткнулись и начали работать.

– Лобановский – другой?
– Они оба великие, но очень разные. Разный тренировочный процесс, разный подход. Чемпионат мира 1982 года. С Бразилией – 1:2, с Новой Зеландией – 3:0, с Шотландией – 2:2. Выходим. Попадаем в группу: Польша, Бельгия. Бельгию обыгрываем 1:0 – Хорик Оганесян забил. Польша тоже обыгрывает Бельгию – 3:0. Нам с поляками нужна только победа. Пять тренеров. Три из них – главные. Лобановский, Бесков и Ахалкаци. Нодар Парсаданович, правда, в эту свару не лез. А Бесков и Лобановский – это просто столкновение. Установка на игру с Польшей. Нам нужна победа, но по методу Лобановского мы выходим в пять защитников. Понятно, у него эти защитники должны кружить, подключаться и все на свете делать. Константин Иванович так не играл, решил дать свою установку. Говорит уже больше часа. Он любил это: рассказать, показать. И спрашивает: «Валерий Васильевич, у вас есть что-нибудь?» Тот отвечает сиплым голосом: «Есть, конечно!» Все, что Константин Иванович час с лишним рассказывал, Валерий Васильевич за 10 минут похерил. У Бескова – стеночки, короткие пасы. Лобановский говорит: «Какие стеночки? Давайте забегания, навес, как положено!» Это все было бы смешно, если бы не было так грустно. В полуфинал мы тогда не вышли.

– Бразилию вы все-таки однажды обыграли, причем на «Маракане».
– У нас сборную тогда называли «чемпионы мира по товарищеским играм». Вот сколько нас приглашали, мы все побеждали. Я сейчас тебе расскажу, как нас в Бразилию позвали. Значит, игра в Швеции товарищеская – в Мальме. Команда Швеции не проигрывала на этом стадионе 22 года! Приезжаем. 1980 год, начало мая, поле безобразное. Первый тайм – 4:1. Я два забил, два отдал. Заканчиваем 5:1, все в шоке. И тут заходит в раздевалку мистер Ланс – импресарио, организатор матчей. Говорит Константину Ивановичу через переводчика: «Очень хорошая победа. Предлагаю вам сборную Аргентины».

Конечно, согласились. Матч против чемпионов мира 1978 года, стали готовиться. Но дней через десять этот импресарио звонит Константину Ивановичу, говорит, что проблемы какие-то со сборной Аргентины. Какие проблемы, не знаю, но вместо Аргентины он нам предложил Бразилию. А нам какая разница? Да, те чемпионы мира, а эти хуже, что ли? Вот и случилась легендарная победа. Хотя нас первые минут двадцать возили так, что мы не знали, куда бежать. 20-я минута – гол в наши ворота, 22-я – пенальти. Татарин, кстати, пенальти плохо брал. Он хорошо играл на линии, великолепно действовал на выходах. Но вот пенальти брал плохо – он за всю свою жизнь, по-моему, только две «точки» отбил. Так вот, Зико пробил нехитро в правый угол. Сантиметров на 10–15 мимо. Но голову на отсечение даю: Татарин тот пенальти брал! Еще мяч не долетел, а у него рука уже в углу лежала. Ну а потом 32-я минута и 38-я – и поехало. Победили на «Маракане».

Сергей Андреев

Адамов

– Перед тем как оказаться в «Вардаре», вы работали в команде «Донэнерго». Что это был за период жизни?
– У меня долго не было работы. Поступило предложение от важного человека: набрать в команду из 12–13-летних ребят и попробовать из них что-то сделать. Положили хорошую зарплату – неплохую для детского тренера. Мы взяли ребят: тех, кто не подходил в СКА, в «Ростов», 4–5 человек пригласили из Новокубанска. В общем, мальчики, которые делать еще толком ничего не умели. Вот так началась плодотворная работа – 11 тренировок в неделю, несколько лет участвовали в турнирах всяких. Мы учили их принимать мяч, отдавать пас, бить по воротам. И что меня шокировало: удар все освоили в совершенстве за 8 месяцев – били не хуже, чем у меня в «Ростсельмаше». Слабее, но по точности не хуже.

Труднее всего далась обработка мяча, года 2–3 тренировали. Хозяин построил хороший зал, с отличным паркетом. И не только зал. Еще две гостиницы, бассейн, поле искусственное последнего поколения. Зимой мы стабильно принимали участие в мини-футбольном турнире. Сначала просто набивали шишки. По 10 голов глотали в первый сезон. Мальчики нервничали, плакали, но ничего. Второй сезон – начали проигрывать 2:3, 3:4, команды послабее даже обыгрывали. В третьем сезоне мы заняли третье место среди всех этих команд, две из них были профессиональные. Люди деньги получали, за сборную России играли! Когда мы поняли, что эти 15–16-летние мальчики что-то умеют, мы их заявили на первенство Ростовской области.

– Против мужиков играть?
– Да, против Адамова, Акопянца, когда они за «Птицефабрику» играли. Но в основном там были неудавшиеся футболисты, которым около тридцати. И мои мальчики – против них. Играли нормально – кусались, отнимали очки, побеждали. С «Птицефабрикой», помню, 2:2 закончили – немножко не хватило. Идем высоко в таблице, люди рады, говорят: «Мы на «Ростов» даже не ходим, здесь круче. У вас есть игра, есть вдохновение».

Но вдруг мне сообщают, что сотрудничество прекращаем. Я так до конца и не понял, за что меня выгнали. Версии есть: может, покладистее надо было быть. Но вроде не сильно огрызался. Меня же несколько раз отстраняли, просто подходит владелец и говорит: «Сегодня командой буду руководить я». Если бы это было в «Ростове», я бы ему сказал: «Ты с ума случайно не сошел?» А здесь никаких вопросов – иди, поруководи. Потренирует одну-две игры, ему надоедает – меня возвращали. Мне в итоге даже зарплату подняли, мы стали опытных людей привлекать к играм.

Перед тем как меня выгнали, команда за восемь последних матчей семь выиграла, одну вничью закончили. Гол пропустили на выезде на последней минуте – мальчишки тактически ошиблись. Он подходит ко мне, слышу смешное обвинение и вердикт: «Ты меня не устраиваешь». Ну не устраиваю, так не устраиваю. Спасибо за работу, за не самые плохие четыре года в жизни. Кстати, вроде как «Донэнерго» собирается теперь во вторую лигу. С имеющейся инфраструктурой они туда легко попадут.

– То есть над Адамовым зря все смеялись? В Ростовской области и поля, и футбол – все на уровне?
– Для уровня Ромы и Акопянца это все-таки не то. Но как осуждать Адамова? Это его жизнь, он так решил. Мы с ним, кстати, лично познакомились недавно. В не самой лучшей ситуации. Я как-то сказал: «Бывший игрой сборной России должен играть повыше и получше». Роме кто-то наклепал, что Андреев про него гадости говорит. Он попросил встречи, мы встретились. Я ему сказал: «Рома, я понимаю, в чем дело. Диалога не будет – будет монолог. Скажу тебе свое мнение, ты его должен будешь проглотить. Я ничего плохого не имел в виду, мои слова традиционно приукрасили. Но даже если эти слова тебе обидны, приношу свои извинения». Теперь все с ним нормально, замечательные отношения.

– «Донэнерго» – не первое ваше экзотическое место работы. Вы как-то тренировали команду из Казахстана.
– Команду «Атырау». Как только познакомились с главным спонсором клуба, мне сразу все стало понятно. На первой встрече он взял листок бумаги и начал чертить схему, по которой, по его мнению, должна играть команда. Думаю: «Вот это Андреев ты попал». Я посмотрел на него: «Вы имеете право высказывать свое мнение. Но давайте сразу договоримся: мое дело тренировать, а ваше – заботиться о деньгах». Сначала было неплохо, цепляли очки. Игра появилась, результат. И сразу он опять начал вмешиваться. Тогда шла Олимпиада в Пекине. Я как-то приехал от него в одиннадцать вечера. Часа два-три сидели, обсуждали команду. Завтра выходной, я до пяти утра смотрел Олимпиаду. В 9 утра вбегает ко мне в номер администратор: «Василич, вставай, шеф требует, срочно!» Думаю: «Вот что могло за ночь случиться?» Приезжаю к нему, а он опять одно и то же: схемы какие-то, кого куда поставить, как играть лучше. Я послушал-послушал и говорю: «Ты зарплату лучше заплати с премиальными, которую задержали, а не рассказывай мне эти сказки». На этом все, по сути, закончилось. Хотя ушел я сам, как пошли поражения. Самое болезненное – в Астане: 1:7 проиграли, Володя Бесчастных нам два забил. Я извинился и ушел. Ни зарплаты, ничего не получил.

– Вы же говорили, что сначала все хорошо было.
– У меня было шесть легионеров. Один – югослав. Получает легкую травму, потом месяц лечится. Меня это не устраивало, хотя хороший центральный защитник был. Ну и с остальными легионерами расстался, они не очень выделялись. Это было ошибкой. Взял Максимюка, из «Карпат» футболистов и других отыгранных людей. Они не только не помогли, стало хуже. Когда ты берешь трех новых защитников, а тебе трех играх забивают 12 мячей, понятно, что эта система не функционирует. Не пошло, в общем. Я признал эту ошибку и написал заявление. Но не только в них и во мне дело было. В федерации футбола тогда решили, что на поле по два тайма должны играть двое казахстанских футболистов до 21 года. Ты представляешь, что это такое? В «Актобе» левый защитник 19 лет – капитан молодежной сборной Казахстана. Он играл не из-за правила, а из-за того, что в 19 лет был сильнее конкурентов. И еще второй такой же. А у меня в «Атырау» школа была – это финиш. Дети тренировались в зале на гандбольном поле, которое полем назвать нельзя. Палас постелили, они там бегают. И чего там можно натренировать? Вот из таких ребят приходилось брать этих двоих до 21 года. Считай, что мы всегда играли 9 на 11. Я потом решил, что вратаря буду ставить молодого: хотя бы 10 на 11. А он ну просто мухолов. Нам из аута закидывать начали. Перспектив не было никаких – вот решил уйти.

Сергей Андреев

***

– Как вам живется в Македонии?
– В Скопье очень спокойно. Жизнь размеренная, цены сказочные. Мне полгода назад дали машину, я от нее отказался. Город компактный, стадион в центре, я живу в центре. В одной квартире жил вообще в двух минутах от стадиона, сейчас – пятнадцать. Я так хоть полчаса хожу – туда и обратно. А если с машиной? Это что, вообще не ходить? Они удивлены, конечно. Но я люблю ходить пешком. Когда работал в «Донэнерго», база была вообще за пределами Ростова, 12,5 км от моего дома. Пешком – 2,5 часа. Четыре раза в неделю так ходил. Я вставал в 7–8, к 11 шел на тренировку. Это вы, молодежь, сейчас ходите с наушниками, вам там поют и что-то рассказывают. Я это не приветствую. Иду два с половиной часа, размышляю, анализирую что-то. Про себя, правда, все, а то подумают еще, что, как дурак, сам с собой разговариваю. Глеб, а сколько времени?

– 15:55.
– Твою ж мать! Тренировка через пять минут!

Текст: Глеб Чернявский
Фото: Global Look Press, Сергей Дроняев

Скачайте приложение еженедельника «Футбол»!                                                      
App Store: https://itunes.apple.com/ru/app/ezenedel-nik-futbol-zurnal/id957851524?mt=8                                                  
Google Play: https://play.google.com/store/apps/details?id=net.magtoapp.viewer.weeklyfootball&hl=ru

Аппстор  googleplay 90 минут

Теги: Россия, Сергей Андреев, сборная СССР, Вардар, Глеб Чернявский
Читайте также:
Комментарии:

Оставлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.