Дерби со Слуцким. Илья Казаков – о самом желанном тренере страны

Шапочка у Леонида Слуцкого была словно флаг. Или талисман. Трехцветная, в тонах российского флага, а сбоку сиял свежестью и новизной белый ярлычок с олимпийской символикой и надписью на английском: «Пхенчхан-2018».

Я видел его фотографии из Кореи: Слуцкий на фигурном катании, Слуцкий на хоккее, знал, с каким интересом он туда улетал, но и предположить не мог, что он окажется туристом настолько. Представил Леонида, стоящего в очереди в сувенирный киоск с официальной символикой, и подумал зачем-то: ходит ли он дома в тренировочных брюках и поло с гербами РФС, ЦСКА, «Крыльев Советов», «Москвы». Попытаться вообразить его таким и не смог, поскольку в той квартире на высоком этаже видел его в том же повседневном наряде, что и в любом другом месте: джинсы, футболка и джемпер.

Я подумал, что он, должно быть, гордится своей первой Олимпиадой — тем, что долетел, что был, что видел многое из закулисья. И это тоже важный опыт, что-то еще, новое, в его копилке наблюдений. Слуцкий тут же это подтвердил, точно читал мои мысли.

Начал рассказывать, как общался в Корее с великими — Третьяком, Вяльбе и другими нашими. Как прожил эту Олимпиаду рядом. Мне всегда это очень нравилось в нем: желание находить людей и чему-то учиться у них. Или если даже не учиться, то как минимум интересоваться их жизнью. Поначалу, на заре нашего общения, меня всегда удивляло, что он постоянно расспрашивает меня. Потом я понял, что это особенность его характера. Притом что Леонид вообще не скрытный, не закрытый человек — из числа тех, кто крайне редко говорит о самом себе.

Слуцкий в «Халле». Что это было? Ошибки и успехи первого российского тренера в Англии

Слуцкий прилетел в пятницу и сразу же позвонил с просьбой помочь попасть на черкизовское дерби. Его зарубежная командировка должна, как понимаю, продолжиться в новом сезоне. Но даже если это так, его погружение в иностранный футбол сохранило в прежней мере интерес к нашему чемпионату. В общем, я бы скорее удивился, если бы он не отправился в воскресенье на «Локомотив».

Слуцкий

Поле, несмотря на валящий с неба снег, оставалось за час до игры зеленым. А разметка была красная. Я напряг память и сказал, что не помню, видел ли я подобное ранее. Вроде бы не видел, но раз Россия — снежная страна, наверняка ведь и раньше линии, прорезывающие футбольное поле вдоль и поперек, наверняка красили. Странно, что это не отложилось в памяти.

— Это что! — сказал Слуцкий. — Вот вчера «Брайтон» играл, так там синюю разметку сделали. Вот синей я точно никогда раньше не видел.

Стало ясно, что он по-прежнему мыслями еще в Англии, пусть и частично. Нормальный человек вряд ли будет смотреть матч «Брайтона», находясь в России. А уж в чем-чем, но в нормальности Леонида у меня никогда сомнений не было.

Я вспомнил его рассказы об эсэмэсках, до сих пор приходящих на его английский номер от игроков «Халла». Задумался над тем, как сильно обогатила поездка в Пхенчхан его записную книжку новыми номерами. Вспомнил, как я спросил его однажды, есть ли у него телефон Исинбаевой, и Слуцкий очень удивился вопросу: «Конечно, она же наша, волгоградская».

Попытался зачем-то представить его министром спорта, не сейчас, а лет так через… Но не смог.

Слуцкий
30 октября 2009 г. ЦСКА против «Терека». Первый матч

— Где же «Спартак»? — спросил он. — Полчаса до матча, пора разминку начинать.

И это сразу свернуло все мои сторонние размышления. Остался только футбол в чистом виде. Как единственно возможная тема для разговора на ближайшие два часа.

Вячеслав Караваев: «Слуцкий предлагал остаться, но я решил, что лучше уйти»

«Спартак», разумеется, вскоре вышел на поле. Разминка была как разминка, ничего особенного, и я полез в телефон посмотреть, как играет ФНЛ.

— Ну ничего себе!

Слуцкий повернулся, интересуясь, и я сказал ему, что Анюков забил за «Зенит-2».

— Очень крутой был игрок, — ответил Леонид, не удивляясь голу. — Столько лет безальтернативно лучший правый край.

View this post on Instagram

Очень

A post shared by Илья Казаков (@kazakovilya1) on

После этих слов захотелось спросить его про Марио Фернандеса. И я спросил, но не противопоставляя русского бразильца Анюкову, а про травму.

— Надеюсь, это совсем ненадолго. Марио обычно выходит из травмы всегда чуть быстрее графика.

Я подумал, сколько же он знает, сколько всего разного в его голове. И затем снова поймал себя на том, как Англия ментально изменила его. Насколько спокойнее и увереннее он стал — даже в интонациях или реакции на что-то.

Леонид Слуцкий

Минуте на десятой матча я заметил, что он раскачивается в кресле. Словно играет его команда, а он на скамейке запасных.

Слуцкий поймал мой взгляд, понял, о чем я думаю, и засмеялся:

— Будто я за кого-то переживаю, да?

Из-за ворот вид на поле открывался замечательный. Рисунок, единоборства игроков, какие-то иные детали.

— Лучшая позиция, чтобы смотреть игру. Просто идеальная, — сказал Леонид.

После матча в машине говорили уже не о футболе. Сначала о Довлатове — Слуцкий из Черкизова решил поехать в кино. Потом о театре. В машине был еще и Никита Высоцкий, и Леонид опять постоянно спрашивал в своей манере. Заговорили о Высоцком, про фильм о нем. Больше всего хвалили Дмитрия Астрахана. Его роль и его образ.

Уравнение с неизвестными. Илья Казаков — о вопросах к сборной России

— Рядом с Высоцким люди становились лучше.

Я отвлекся в этот момент на сложный маневр — был за рулем. И поймал себя на том, что не понял, кто из них это сказал.

А утром на следующий день случайно встретил в кафе на Патриарших Астрахана. Подошел поздороваться, рассказал о разговоре после матча и услышал в ответ:

— И что Слуцкий? Как он сейчас?

И почему-то стало грустно, что весной он опять уедет.

Текст: Илья Казаков
Фото: Сергей Дроняев

Поделиться:

Илья Казаков

Комментатор ВГТРК, пресс-атташе сборной России с 2005 по 2015 гг, автор книги «Настоящая сборная, или феномен Хиддинка»

Футбол утром в вашей почте

Утренняя рассылка ftbl.ru - всё, что важно знать с утра

 

Загрузка...

Добавить комментарий

Войти с помощью: