Валерий Чижов: «Поехали играть в Белоомут, а там раздевалка в церкви и спонсор – поп»

Голкипер Валерий Чижов начинал карьеру в «Спартаке», но стал известен благодаря выступлениям за «Сатурн». Сейчас бывший вратарь тренирует «инопланетян» в третьей лиге и верит в возрождение главного клуба своей жизни. В интервью еженедельнику «Футбол» Чижов рассказал, как его команда переодевалась в церкви, вспомнил, как по-особенному тренировал вратарей Георгий Ярцев, и признался, что готов играть в Премьер-лиге прямо сейчас.

_SD_6035.JPG

Тренерский штаб «Сатурна». //Сергей Дроняев

Дворники и слесари

– Вы сейчас главный тренер «Сатурна». Многие удивляются, когда слышат, что клуб еще существует.

– Клуб существует, играет в третьей лиге, в турнире Московской области. Особых перспектив не видно, но есть небольшие подвижки в связи с выборами губернатора. Питаем надежды, что новая власть захочет возродить «Сатурн». Но на данный момент с трудом набираем одиннадцать-двенадцать футболистов, чтобы хватило на игру. Многие из них учатся в школах, институтах, совмещать иногда бывает сложно.

– Получается, что сейчас «Сатурн» – это тренер, одиннадцать игроков и уборщица?

– Ну нет, у нас есть штаб: два тренера, начальник команды, администратор, два врача и двадцать футболистов. Зарплаты, правда, мизерные. Я как главный тренер получаю пятнадцать тысяч рублей в месяц, все футболисты до недавних пор играли за бесплатно, сейчас шести игрокам мы смогли что-то выбить – они тоже около десяти-пятнадцати тысяч получают.

– Такая зарплата вас не оскорбляет?

– Оскорбляет, но команда стоит на городском бюджете как муниципальное бюджетное учреждение. Сколько там поставили когда-то, столько и будет, больше нельзя. Например, некоторые игроки у нас числятся дворниками, слесарями, так мы им зарплату и платим. Плюс у нас есть небольшой спонсор – букмекерская контора, на майках ее логотип еще. Вы не подумайте, с договорными матчами это никак не связано. Просто она выделяет нам энную сумму денег в месяц. Из них мы платим ребятам премиальные, суточные на выездах, чтобы они хотя бы водичку могли себе там купить.

– Вы говорили, что набирать футболистов в «Сатурн» вам приходилось практически во дворе.

– Да, делали объявления в интернете, приглашали на просмотр. Как-то раз полетел в отпуск за границу с женой, футболистов в команде тогда было около двадцати. Всех более или менее знал, потренировать успел. После поездки вернулся – их уже сорок пять человек, тридцать вообще первый раз вижу. Один пришел в джинсах и кроссовках, даже бегал неправильно. Некоторые по мячу толком не попадали, не говоря уже о том чтобы играть в футбол. Но потихоньку собрали команду: из этих отобрали, кого-то еще знакомые тренеры посоветовали.

– В каких местах приходится играть?

– Больше всего запомнился выезд в Белоомут, это за Луховицами. Туда надо на пароме ехать. Стадион возле церкви, раздевалка прямо в ней – очень непривычно. Городок маленький, вот и место для поля нашли только около церкви. Еще говорили, что спонсором у них поп был года два-три назад.

– И зачем вам все это?

– Я очень много отдал «Сатурну», многим обязан и клубу. Надеюсь, что команда возродится, а я продолжу здесь работать. Попробовать себя где-то еще? Пробиться куда-то, попасть выше очень сложно. Но я пока все для себя нашел здесь. Работаю тренером в «Сатурне», играю на турнирах за ветеранов, живу на то, что заработал раньше, и на то, куда смог вложить. Кстати, на турнирах для ветеранов тоже можно нормально зарабатывать. К примеру, бывшие спартаковцы могут одними корпоративными турнирами около десяти тысяч долларов в месяц заработать.

_SD_4331.JPG

Валерий Чижов командует защитниками. //Сергей Дроняев

Кувырки Ярцева

– Вы начинали карьеру в «Спартаке», но за шесть лет сыграли только две игры за основной состав. Как так вышло?

– В «Спартак» я попал в 15 лет, брали меня на перспективу. Уехал Дасаев, вернулся Черчесов. Был даже год, когда в команде тренировались сразу восемь вратарей: Стауче, Черчесов, Жидков, Плотников, Прудников и другие. На сборах по 15 минут играли. В общем, в «Спартак» тогда просто собирали всех лучших с постсоветского пространства. Старался не проигрывать конкуренцию, но все равно оставался на вторых и третьих ролях, играл в основном за дубль. Но школа «Спартака» дала мне многое, тренировки даром не прошли. Конкуренты были такие, рядом с которыми нельзя не расти.

– Неужели не было ни одного шанса зацепиться за основу?

– В «Спартак» каждый год приезжал новый сильный вратарь, Романцеву было проще полагаться на них. А ведь от доверия тренера зависит почти все: Газзаев рискнул поставить Акинфеева, закрывал глаза на его ляпы в первом сезоне, тот освоился и стал лучшим вратарем России.

– Нынешние дублеры в клубах Премьер-лиги после нескольких первых зарплат могут купить дорогую машину. Как жили дублеры тогда?

– Да и на тот момент неплохо жили: с нами были подписаны контракты с хорошими премиальными. Моя первая зарплата в 16 лет была в 7–8 раз больше зарплаты моих родителей, вместе взятых. В общем, денег было много, даже не знал, куда их пристроить. Первое, что купил, – телевизор, видеомагнитофон и музыкальный центр. Хотя, если бы кто-то подсказал, распоряжался бы деньгами более грамотно, то можно было и квартиру через какое-то время купить.

– Когда вы вспоминаете Олега Романцева, какая ситуация встает перед глазами?

– При Романцеве талантливые люди иногда не блистали, а не особо талантливые, наоборот, прогрессировали. Вспомнить хотя бы Димку Попова, который вообще пришел из лыжного спорта. В итоге уехал за границу и играл за сборную страны.

– «Спартаку» тогда не было равных в нашем футболе. Игроки всегда знали, с кем им предстоит играть – с «Тюменью» или «Жемчужиной», или их это не особенно волновало?

– Ребята ложились и просыпались с мыслями, что в чемпионате России они без труда могут обыграть любую команду. Даже «Динамо» и ЦСКА. К менее сильным соперникам в раздевалке относились, можно сказать, даже иронично.

– Какой была типичная установка Романцева на игру?

– Романцев разбирал соперников, говорил, какие там сильные места, какие слабые, кто лидер, кто послабее. Но не знаю, насколько это было вообще нужно. Тому составу установку можно было не давать – они просто выходили и выигрывали.

– А конфликты случались?

– Конфликты случаются в любой команде, когда футболисты находятся рядом долгое время, на сборах например. Даже в том «Спартаке» были стычки, потасовки и драки. Кто дрался? Обычно это остается внутри коллектива и сор не выносится из избы.

– Чем нынешний Валерий Карпин отличается от того, с которым вы играли в одной команде?

– Раньше он был мягче. Карпин вообще один из самых целеустремленных людей, которых я только встречал. Поставил себе цель попасть в основу «Спартака» – попал. Поставил цель закрепиться в сборной – закрепился. Поставил цель уехать за границу – уехал. В общем, он всегда добивался того, чего хотел. И сейчас он, наверное, упрямо идет к новой цели – привести «Спартак» к чемпионству.

– Вы еще застали Георгия Ярцева, когда он приводил «пионеротряд» к чемпионству в 1996 году.

– С Георгий Санычем весело было, конечно. Человек – отличный юморист. Сейчас уже не припомню его шуток, но атмосфера на тренировках была задорная. Он знал, как работать с молодежью, весело подходил к тренировочному процессу. Все с иронией, с добрыми издевками, с юмором. Запомнилось, когда он еще при Романцеве-главном проводил иногда тренировки с вратарями. Он, правда, совсем ничего не понимал в этом процессе. Тренировал по своей системе, которая к вратарскому делу имела мало отношения. Например, заставлял нас бегать, прыгать, кувыркаться, после чего били один раз по воротам. Пока мы делали все упражнения и добегали до ворот, ловить и отбивать мяч были уже не в состоянии. Но что делать, приходилось терпеть.

Допрыгался

– Из «Спартака» вы уехали в «Нефтехимик» в Нижнекамск. Какие впечатления живы в памяти?

– Хотелось играть, поступило предложение. Решил поехать, узнать, что такое первый дивизион. Там, кстати, у меня появилась первая машина. Предоставили служебную 99-ю модель, тогда они только появились. В общем, в первый сезон мы заняли 11-е место, решил остаться и продлил контракт еще на год. А на сборах в Италии или в Испании мы сыграли с «Брюгге» товарищескую игру, выиграли ее, и мне предложили уехать в Бельгию. Обо всем договорились, летом должен был переходить. Я усиленно тренировался и практически накануне отъезда решил себя посерьезнее нагрузить – остался попрыгать после тренировки для себя, закрепить сильные стороны. И после одного из прыжков неудачно приземлился, в итоге порвал ахилл. Естественно, никакой Бельгии и никакого футбола на ближайший год.

— За какие заслуги Сергей Павлов позвал вас в «Сатурн»?

— Был момент, когда я из «Спартака» ездил на сбор в Камышин. Сергей Павлов пригласил меня в свою команду, но по условиям договоренности я вернулся в «Спартак» через две недели. Какие-то воспоминания у него все же остались, поэтому, когда он возглавил «Сатурн», то решил пригласить меня.

— В «Сатурне» тогда играл форвард Сергей Наталушко, который почти в сорок лет забивал Нигматуллину и оформлял хет-трики в высшей лиге.

— Думаю, до сих пор никто этот рекорд не побил. Сколько ему было-то, 39 лет? Он ведь поздно начал, вот еще и не наигрался. Читал тут его интервью, он говорит, что и сейчас – в 50 с лишним лет – в той же хорошей физической форме находится и играет за кого-то. Причем он ведь любил погулять после игр, собирал вокруг себя множество людей и рассказывал различные истории. Компанейский вообще человек. И с Павловым он ругался постоянно – камышинские два уроженца, иногда даже до рукоприкладства доходило. Серега обижался на тренера, уезжал даже из команды, но всегда возвращался. Можно сказать, был на своей волне.

— За выход в высший дивизион игроков «Сатурна» как-то премировали? Сейчас «Бугатти» принято дарить.

— Обещали нам многое, но в 98-м случился дефолт. Так что обещанные деньги превратились в ничто. Тогда уже начинало многое зависеть от властей. Во главе Московской области стоял Тяжлов. Финансирование, конечно, шло, но не в таких масштабах, как после того, как область возглавил Громов Борис Всеволодович.

— Вы застали в клубе множество легионеров, кто запомнился больше всего?

— Принс Амоако. Правда, до сих пор никто не знает, сколько ему лет. Но это был первый легионер, который отдавался на поле и на тренировках. А основной фигурой и лучшим приобретением был Самир Муратович. По своим возможностям он мог играть в ведущих клубах страны.

— Кто-нибудь пытался влиться в русскую культуру – баня, водка, борщ?

— «Русского» парня знаю одного, он наш язык выучил за полгода. Был в «Рубине» такой Абделькарим Кисси из Марокко. Один из первых легионеров в истории Казани. Тяжело ему было освоиться, но он понял: если будет с ребятами посещать места наподобие ресторанов и других заведений, всегда будет в коллективе – выучит русский очень быстро. Так в итоге и получилось – через полгода уже говорил. Было бы желание! Сложнее, когда три-четыре легионера в команде, уже возникает свой круг, и никакого общения нет.

— Бывший игрок «Сатурна» Вячеслав Свидерский как раз иговорил: когда в команде латиноамериканцев стало много, они начали создавать кланы.

— Так и было, у них была своя команда – пять-шесть человек: Жедер, Жеан и другие. Они и кушали отдельно, и вообще все делали вместе. После игр все вместе отмечаем победы, а они все равно в своем коллективе. Возникали, конечно, стычки и драки. И на тренировках, и на футбольном поле. У каждого свои взгляды, каждый хочет утвердиться на своем месте. Но есть люди, которые могут ответить. Жедер мог, как надо, ответить.

— История о том, что Принса Амоако некие люди вывозили в лес и пугали, мол, если он не будет хорошо играть, в следующий раз его не вернут домой, правда?

— Хм-м, не знаю, кто к нему подъезжал. На моей памяти такое не случалось.

— Хорошо. Но вокруг «Сатурна» ведь всегда находились криминальные субъекты?

— Ну, не знаю даже, как вам ответить. Лучше без комментариев оставить этот вопрос.

_SD_5892.JPG

Чижов и iPhone. //Сергей Дроняев

Точка зрения

— Правда ли, что из-за проблем со зрением вы не всегда видели мяч?

— С детства у меня один глаз почти не видел. В плохую погоду, когда становилось темно и включалось освещение, я действительно мяча почти не видел. Играть приходилось чуть ли не интуитивно, благо матчи в основном проходили в дневное время, когда я более-менее нормально видел. Но играли мы как-то с ЦСКА, то ли в 1999-м, то ли в 2000 году. Варламов мне ударил чуть ли не с центра поля, я отбил мяч перед собой, и его добили. После этого матча Сергей Павлов отправил меня на операцию. Через неделю приступил к тренировкам, подумал: «Ох, как будто отладили оптику».

— Свой единственный матч за сборную России вы сыграли в 2003 году. Как отнеслись к приглашению?

— По играм за «Сатурн» меня высоко оценивали тренеры, ребята, да и журналисты. Мне даже удалось попасть в список 33 лучших футболистов. Приятно было, что заметили и пригласили. Поехал на Кипр к Валерию Георгиевичу Газзаеву. Сыграл я, правда, всего один тайм, но каждому спортсмену приятно выйти за свою страну. Свитер тогда забрали, а вот экипировка осталась.

— Чем запомнился Газзаев?

— Жесткий, требовательный, всегда гнет свою линию. У него все посвящено футболу. Даже малейшие смешки приводят к серьезным последствиям. Шутка, конечно, но никто себе не позволял лишнего, даже игроки ЦСКА.

— Вы чувствовали, что есть реальный шанс стать первым номером сборной?

— На тот момент были Сергей Овчинников и Вениамин Мандрыкин, так что я понимал, что меня вызывают как третьего вратаря. Не то чтобы я не использовал свой шанс… Нужно постоянно трудиться. Это сейчас у Игоря Акинфеева особенно нет конкурентов, а тогда можно было побороться. Я съездил всего на три-четыре сбора, но, сменив команду, перестал получать приглашения.

— Зачем же тогда уходили из «Сатурна»?

— По «Спартаку» не сложились у меня отношения с Олегом Ивановичем Романцевым. Когда он пришел, я надеялся, что так же буду играть, но вдруг сел на скамейку. Тренер сделал ставку на Женьку Корнюхина. Поэтому я решил, что нужно что- то менять, и ушел в «Рубин».

Пиджак Бердыева

— В Казань вас звали как первый номер?

— Бердыев никогда не дает таких гарантий. Понятно, что новая команда, нужно было завоевывать место. В «Рубине» был Сергей Козко, который провел хороший сезон, с ним мы и боролись. А Курбан Бекиевич такой человек, от которого много слов не услышишь. Узнать, что творится, почему не играю, тяжело было, – на контакт он никогда не шел. Даже не знаю, мог ли его кто-нибудь разозлить. Бердыев все держит в себе. Наказание – запас, и все молча.

— Известно, что он не ест с командой и из автобуса выходит последним. Какие-нибудь еще приметы замечали за ним?

— На тот момент у него была своя комната прямо в раздевалке, куда он приходил и молился. Но самое главное – был у него пиджак, который он никогда не менял. После серии неудачных игр ребята хотели его украсть и изрезать на лоскуты. Думали так фортуну привлечь. Не удалось, но через две-три игры Курбан Бекиевич сам поменял пиджак, и черная полоса как-то закончилась.

— И у кого хватило смелости такое предложить?

— У капитана команды Сергея Харламова – очень хорошего человека и нашего главного заводилы. Он всегда заботился о ребятах, об иностранцах, которым нужно было влиться в коллектив. Даже сложно вспомнить кого-то «потерянного», Серега мог даже к себе домой забрать игрока, если тому было сложно.

— То, что он сейчас успешный бизнесмен, – закономерно?

— Абсолютно. Знаю даже больше: он как-то высказал идею купить «Рубин». Не удивлюсь, если в итоге купит, – человек он целеустремленный.

— Почему после сезона в «Рубине» вы решили вернуться в «Сатурн»?

— На сборах был матч товарищеский между «Рубином» и «Сатурном». Приехало руководство подмосковной команды, я увидел, что вкладываются средства, ставятся цели, да и тренер поменялся. Поэтому решил начать все заново в клубе, где провел лучшие годы.

— Помните момент, когда клуб стал погибать?

— Никто не верил, что «Сатурн» прекратит существование. На протяжении десяти лет клуб развивался: появился стадион, база, известные, пусть и возрастные, футболисты. Для Московского региона загубить такую команду – кощунственно. Виновник? Все зависит от губернатора, это было его решение.

_SD_3780.JPG

Чижов провел за «Авангард» неполный сезон. //Сергей Дроняев

Сдавать матчи – так всем

— После вы сменили много команд первой и второй лиг. Что за конфликт у вас был в «Витязе» с главным тренером Сергеем Горлуковичем?

— Перед матчем с «Сибирью» Сергей Вадимович подошел и сказал мне в глаза: «Валера, если ты плохо сыграешь, я обвиню тебя в сдаче игры». Команда сыграла 1:1, я пошел разбираться. Случилась у нас небольшая стычка, после чего мне пришлось написать заявление и уйти из «Витязя».

— Вы говорили, что Горлукович, стоя на бровке, обзывал футболистов последними словами.

— Такое случалось постоянно. Сергей Вадимович же был великим игроком, все время орал, и это у него осталось в крови. Когда он стал тренером, то не увидел разницы между футболистом и тренером. И не поменялся.

— Матчи вам все-таки предлагали сдавать когда-нибудь?

— Ни для кого не секрет, что и сейчас, и раньше такие игры проводятся. Просто доказать ничего нельзя. Были случаи, конечно, когда подходили с такими предложениями. Но я или не выходил на поле, или отказывался.

— Чаще всего обращаются к вратарю и защитникам?

— Если сдают, то сдает вся команда. По отдельности очень тяжело такое провернуть. Думаю, с этим не справиться, – во всем мире было, есть и будет. Такое количество букмекерских контор существует, в футболе крутятся бизнес и большие деньги, поэтому от договорняков не уйти.

— Самая удивительная вещь, которую вы видели за годы игры после «Сатурна»?

— Да я очень непривередливый человек. Жизнь заставит – значит, так надо. Хотя мне тут рассказывал один бывший одноклубник, как он ездил играть по контракту в Бангладеш. Гостиница без окон, поля не то чтобы без травы – из камней! После его рассказов я туда ни ногой.

— Александру Филимонову по окончании карьеры предложили поиграть в пляжный футбол, теперь он надеется сыграть в Премьер-лиге за «Арсенал». Вас на песок не звали?

— Пока нет, но я продолжаю тренироваться и играть за ветеранов. Уровень ФНЛ? Думаю, нужно пройти хотя бы один сбор. Вес в порядке, я в отличной форме. Вратарю вообще проще всего заиграть, лишь бы команда соответствовала уровню.

— В «Волге» сейчас Каряка, Сычев, Булыкин, Алдонин и Колодин, там как раз сборную-2004 собирают.

— Если бы поступило предложение – почему не поиграть? Силы в себе чувствую, опыт накопился. На самом деле я еще не понял, надо ли заканчивать, – всего 38 лет. Так что для предложений открыт!

Поделиться:

Еженедельник «Футбол»

Старейшее издание в России, посвященное спорту №1

Футбол утром в вашей почте

Утренняя рассылка ftbl.ru - всё, что важно знать с утра

 

Загрузка...

Добавить комментарий

Войти с помощью: