Порядок оформления документов. 5 историй футбольных эмигрантов

Зимнюю Олимпиаду 2014 года Россия выиграла благодаря легионерам. Натурализованные Вик Уайлд и Виктор Ан принесли нашей стране 5 золотых медалей из 13. Опыт признан успешным. Не исключено, чемпионат мира-2018 мы будем штурмовать, тоже призывав иностранных игроков под знамена сборной России. Еженедельник «Футбол» вспоминает пять недавних крутых историй, как и зачем другие национальные команды выдавали паспорта и футбольную форму тем, кто не мог претендовать на них по праву рождения. И что заставляло тех самых игроков менять футбольную родину.

Эдуардо

Игра в шашки. Как Эдуардо играл за Хорватию, но оставался бразильцем

Балканские эмигранты обычно сами всплывали в других сборных, но в середине 2000-х в команде Хорватии появился бразилец. За «шашечных» Эдуардо играл десять лет, но всегда повторял, что не забывает свои корни, а на последнем чемпионате мира во время матча-открытия хотел петь даже два гимна.

– Он сказал мне, что будет петь оба гимна. Он хорват по долгу службы, но в сердце он бразилец, – сказала мама Эдуардо перед стартом последнего чемпионата мира.

Даже жаль, что форвард в итоге остался в запасе. Мы могли получить очень красивую и трогательную историю, которую, возможно, когда-нибудь повторили бы в кино. Если добавить еще тот факт, что отец Эдуардо чуть ли не отказался от сына из-за его решения играть за Хорватию, то этот момент точно имел шансы стать примирением года. Теперь надежды на двойное исполнение гимна, видимо, не осталось – форвард завершил карьеру в сборной.

В жизни Эдуардо полно и других драматических сюжетов. Шесть лет назад огромный и безмозглый защитник «Бирмингема» Мартин Тейлор сломал бразильцу пополам берцовую кость. Сначала стык выглядел обычным подкатом, но затем показали глаза подбежавшего Сеска Фабрегаса – он был в полнейшем шоке и начал в панике размахивать руками. Дальше округлили глаза и схватились за головы все остальные футболисты, а от этого видео мурашки набегают быстрее, чем от мороза или куска пенопласта.

– Я не знал, что будет с моей ногой, смогу ли я вообще ходить после этого, – вспоминал Эдуардо. – И вот в таком состоянии я попал в реанимацию и моментально заснул под наркозом. Когда я очнулся, рядом стоял доктор. Он посмотрел на меня и спокойно так сказал: «Не переживай, парень, ты будешь играть в футбол».

Эдуардо признается, что ни разу не пересматривал этот ужастик, но перелом сделал его намного сильнее. После «Арсенала» форвард долго выступал за «Шахтер», а недавно вернулся в родную Бразилию, где никогда ранее не играл на серьезном уровне. Наверняка он этого очень хотел, ведь в каждом интервью твердил, что хотя и адаптировался к Европе, его часто тянет домой. В социальных сетях нападающего всегда можно было встретить фотографии с пляжами и достопримечательностями Рио-де-Жанейро.

В Хорватию Эдуардо приехал в шестнадцать лет, а в семнадцать встретил балканскую девушку, на которой в итоге женился. Правда, с ее родственниками отношения не сложились. Дядя его жены пытался нажиться на футболисте, однажды назвав себя его агентом и потребовав миллион фунтов отступных за трансфер в «Арсенал». Но мужчине никто не поверил, а подпись якобы Эдуардо в том придуманном агентском соглашении суд признал незаконной.

Такие истории очень характерны для добрых и доверчивых бразильцев. Это еще раз доказывает, что, даже долго живя в Хорватии и играя за сборную этой страны, Эдуардо не менялся. Он был, есть и будет бразильцем.

Хочется верить, что и папа его все-таки простит.

Олисадебе

Разрыв шаблона. Первый черный футболист сборной Польши

Задолго до того, как натурализация стала почти естественным процессом, одной из первых эту процедуру опробовали в сборной Польши. Национальную команду пополнил первый в истории чернокожий игрок Эммануэль Олисадебе. Уроженец Нигерии, сумевший побить рекорд Гжегожа Лято.

Польша – одна из самых радикально-националистических стран Европы. Чиновники ФИФА и УЕФА потупляют взгляд, когда на трибунах местных стадионов появляются изображения кельтских крестов и прочие запрещенные символы. 99,9% польских фанатских объединений разделяют правые идеи и не скрывают этого.

Тем удивительнее, что 16 августа 2000 года нигериец Эммануэль Олисадебе надел сильно не по размеру майку сборной Польши и вышел на поле стадиона в Бухаресте. Дебют в товарищеской игре против Румынии получился достойным. Новоявленный поляк забил единственный гол и доказал, что рвался в стаю «белых орлов» не случайно.

История Олисадебе должна войти в брошюры, которые нужно раздавать легионерам, приезжающим в чемпионат России. Вообще-то у Мануэля нет слезной истории из детства. Свою карьеру он начал на родине в «Джаспер Юнайтед». Его родители были госслужащими, и мальчик спокойно занимался футболом. На первое же приглашение из-за рубежа ответил согласием. Хотя он понятия не имел, куда переезжает: «Родные спрашивали: «Польша? Это вроде Голландии, да?»

«Висла» и «Рух» забраковали Олисадебе, сплавив в «Полонию». Потратив сезон на акклиматизацию, форвард раззабивался и привел варшавскую команду к чемпионскому титулу. Мануэлю прекрасно жилось в Польше. Он выучил язык и познакомился с милой блондинкой с голубыми глазами, которая стала его женой.

Сборная Польши в конце 1990-х переживала трудные времена. Мысль о натурализации Олисадебе появилась у польской легенды Збигнева Бонека. Его влияния было достаточно, чтобы нигериец получил паспорт с орлом. Хотя процедуру получения гражданства затягивали чиновники. Общество тоже разделилось: многие футболисты и болельщики выступили против появления в сборной иностранцев вообще и чернокожего Олисадебе в частности. «На нескольких матчах мне бросали с трибун бананы, — вспоминает Олисадебе. – И я благодарен своим партнерам по команде, которые встали позади меня и объяснили людям, что каждый достоин уважения и они бросают банан не мне, а всей сборной Польши».

Протесты стихли, когда Олисадебе начал стабильно забивать. И даже побил рекорд Гжегожа Лято по количеству голов в одном цикле чемпионата мира. Благодаря ему сборная Польши квалифицировалась на чемпионат мира-2002 – впервые с 1986 года.

Однако изменить Польшу настырному форварду оказалось не под силу. Почти десять лет спустя в стране вспыхнул новый протест, когда под бело-красный флаг призвали бразильца Роджера Герреро. Трибуны все равно пестрели баннерами: «Роджер, ты никогда не будешь поляком!» Право рождения для них оказалось выше, чем даже первый гол Польши на чемпионате Европы.

Тьяго Мотта

Тьягомоттина. Как сборная Италии исполнила мечту несчастного бразильца

Эрманно Аэби стал первым иностранным футболистом, сыгравшим за сборную Италии. Было это в 1920 году. Затем по его стопам через «скуадру адзурру» прошли почти три десятка игроков. Одним из них стал Тьяго Мотта – уроженец бразильского штата Сан-Паулу.

Прапрадедушка Мотты в поисках лучшей жизни уехал из Италии в Южную Америку и там завел семью. Поэтому у Мотты никогда не было проблем с итальянским паспортом. Этот факт и, конечно, талант позволили ему в 17 лет перебраться в Европу и начать свою профессиональную карьеру во второй команде «Барселоны». В этом же возрасте его стали привлекать в сборные Бразилии разных возрастов: он играл вместе с Кака, Робиньо, Адриано и Диего.

Но Мотта не был счастлив: «Понимаете, моя семья из Италии. Да, мне не повезло, и я родился в Бразилии, но я чувствую себя настоящим итальянцем». И когда Тьяго узнал, что его могут вызвать в сборную Италии на ЧМ-2010, счастью не было предела. Как же кстати он травмировался в преддверии отборочных Олимпийских игр «селесао» в 2004 году. Иначе все – официальный матч за главную команды страны, и у Мотты не было бы и шанса когда-нибудь сыграть за Италию. Но пришлось подождать, в том числе решения ФИФА, которая дала Мотте зеленый свет лишь в феврале 2011-го. А уже в марте полузащитник забил первый и пока единственный гол за «скуадру адзурру». «Я знаю, насколько это важно было для Тьяго. Когда он забил в Словении, я поцеловал фотографию, которую он прислал мне через родителей», — троюродный брат Мотты, владелец бара в Италии, не сдерживал слез, когда у него брали комментарий.

Тьяго Мотта долго шел к своей мечте. Единственное, о чем ему можно пожалеть, — его итальянская история началась лишь в 28 лет. И что на ЧМ-2014 в Бразилии, на котором Мотта провел все три матча, сборная Италии не смогла даже выйти из группы. Чтобы попытаться встретиться в плей-офф с Бразилией — командой с великой футбольной историей. Но которая ничего не значит, если в твоем сердце течет итальянская кровь.

Диего Коста

Ничего личного. Почему Диего Косте не стыдно играть за Испанию

В этой истории нет никаких интриг – сплошной футбол. В родную Бразилию на чемпионат мира Диего Коста приехал в красной футболке сборной Испании. И не испытывал по этому поводу ровным счетом никаких угрызений совести.

«Бразилия – место, где я родился, где живут все мои родственники. Но Испания дала мне все, что я сейчас имею. В этой стране я чувствую, что меня ценят, и многим обязан ей», — эта объяснительная Диего Косты расставляет все точки в практичной до безразличия истории. Никаких интриг и старых ран, которые вдруг напомнили бы о себе. Никаких обид, и никаких слез. Один только холодный расчет. Для Косты решение играть за испанскую команду стало исключительно профессиональным – он хотел иметь гарантии попадания на чемпионат мира, хотел становиться лучше как игрок. Испания нуждалась в Косте, Косте нужен был чемпионат мира. Сделка состоялась.

А Бразилия опоздала. По большому счету полтора года назад она и футболиста по имени Диего Коста не знала. Он улетел в Европу в 18 лет, и его первым профессиональным клубом значится португальская «Брага». Перед широкой публикой во всей красе Коста раскрылся всего год назад. Тогда из «Атлетико» ушел отбрасывавший на него тень Радамель Фалькао. И только после семи голов в восьми матчах чемпионата (включая победный мяч в «Дерби Мадриленьо») испанская пресса начала обсуждать перспективы Диего в сборной Бразилии.

Но пресса Испании – не тот скаут, к которому прислушивается тренерски штаб сборной Бразилии с Луисом Сколари во главе. Консервативный Сержант давным-давно определился с теми, на кого будет делать ставку во время чемпионата мира. Стать частью его команды кому-то со стороны было невероятно сложно. Косте этого не удалось. Но первой об этом пожалела Бразилия.

Испанская федерация футбола сработала в этой ситуации молниеносно. Игрока активно взяли в оборот, уговаривая его воспользоваться испанским паспортом не только для безвизового въезда в страны ЕС. Попутно обрабатывались и болельщики. Не было газеты, не напомнившей, как сборной Испании пригодился Маркос Сена – другой натурализованный бразилец, с которым «красная фурия» начала свое восхождение на Евро-2008. И Коста стал испанцем не только по паспорту, но и по футбольной форме.

И только тогда в Бразилии осознали свою ошибку. Когда в стране поняли, что на ровном месте упустили классного игрока, а в составе «пентакомпеонов» им теперь придется рассчитывать на смешных Фреда и Жо, началась театральная истерика. Сколари на пресс-конференции рассказывал, как Диего повернулся спиной к миллионам бразильцев. Пеле публично выражал сомнения, что у Косты получилось бы попасть в основу «пентакампеонов». Мазиньо соглашался с «Королем», но утверждал, что отсутствие игровых минут – не повод для смены сборной. И это говорил человек, лишь один из сыновей которого решил выступать за Бразилию — второй, как и Коста, предпочел «фурию роха».

Но пик ненависти к форварду пришелся на чемпионат мира. Уставший и травмированный Коста принял участие в двух матчах испанцев на турнире и сумел лишь заработать симуляцией пенальти. А злорадные бразильские трибуны старались освистать каждое его касание мяча. И только неудача сборной Испании примирила Диего Косту с родной страной.

Для бразильцев футбол – это всегда нечто, идущее от сердца. Коста со всей его прагматичностью на поле и в жизни, всегда был для них чужим. Но скорее всего, форварду на это плевать точно так же, как и на Серхио Рамоса в прошлых дерби с «Реалом».

Янузай

Гражданин мира. Почему герой Косова играет за сборную Бельгии

Лихо ворвавшись в большой футбол в прошлом сезоне, Аднан Янузай оказался на распутье. Обычно родину не выбирают. Но перед ним открылись двери шести национальных сборных. Юноша переложил ответственность на отца.

Война, на какой бы стороне вы за ней ни следили, всегда трагедия. Большое горе для миллионов людей, которых смерть коснулась напрямую, а не с экрана телевизора. Косовская война конца 1990-х разрушила не одну судьбу и семью.

Род Янузаев жил в небольшом городке Истоге. Подпираемый горами, которые делят Косово и Сербию, это был типичный балканский город: бедный, но в каждой семье было много детей. Тогда албанский сепаратизм в Косове еще не был так радикален, но перед Абедином Янузаем, будущим отцом Аднана, замаячила армия. Чтобы не оказаться среди сербов на службе в Боснии, в 1992 году он бежал в Бельгию.

Взрослеть пришлось быстро. Абедин был старшим из шестерых детей. Ему пришлось обеспечивать семью после смерти отца. Из-за границы он пересылал деньги, чтобы родные могли существовать. Огонь войны запылал в 1996 году, а уже два года спустя котел Косова кипел, а извне старались, чтобы пламя под ним не угасло. Дяди Аднана, Януз и Шемседин, вступили в Армию освобождения Косова.

Мать Аднана, Ганимет Садикай, в это время оказалась в Турции. Семья Садикай была одной из самых богатых в Истоге, владела землями и фермами, но почти все нажитое пришлось оставить. Позже Садикаи перебрались из Турции в Брюссель. Там и познакомились Ганимет и Абедин, здесь же 5 февраля 1995 года у них родился сын.

Отец отдал всего себя, чтобы будущее Аднана было куда более радужным, чем его собственное прошлое и настоящее. Как только в щуплом мальчике был замечен талант футболиста, Абедин сделал выбор в пользу спорта и лично возил его на тренировки. «Если Аднан плохо отыграл матч, его отец говорил об этом, — вспоминает Майкл Хейлен, игравший с Янузаем-младшим в «Андерлехте». — Иногда он делал это очень жестко, так что на глазах у Аднана выступали слезы. Но я думаю, его отец знал, что делал. Так он учил своего сына держать удар».

Именно влияние отца ограждает Аднана от ошибок многих талантливых игроков. История, как Янузай повел фотомодель на свидание в забегаловку, а после смотрел с ней телевизор до вечера, из этой серии. Прежде, пока у парня не было столько игр в году, каждое лето Аднан ездил в Косово на ферму своей семьи. На кочкообразных полях он играл в футбол с простыми ребятами и мужиками. Тогда никто не подозревал, что 14-летний мальчуган получит контракт с «Манчестер Юнайтед». Хотя отмечали, что Янузай способен делать с мячом все.

На генетическую память надеялись в Федерации футбола Косова. Большой талант вроде Янузая мог стать козырем в признании от ФИФА и УЕФА. Попутно вариант с гражданством рассматривали в сборной Сербии, которая независимость Косова не признает. Главный тренер сборной Англии Рой Ходжсон тоже намекнул: «Нет сомнений, он большой талант, и мы следим за ним». Англичане тренера высмеяли, мол, нельзя запускать в сборной опасную процедуру натурализации.

Турки прощупывали почву, а Марк Вильмотс связался с «МЮ» и передал Янузаю приглашение в сборную Бельгии. Решение принимал отец игрока. Прикинув все плюсы и минусы и отбросив псевдопатриотический дискурс, Абедин Янузай записал сына в бельгийцы. Стать легендой Косова, конечно, почетно. Однако футбольные перспективы Бельгии куда радужнее.

Текст: Глеб Чернявский, Вячеслав Опахин, Никита Коржавин, Павел Пучков

Аппстор

Поделиться:

Глеб Чернявский

Корреспондент еженедельника «Футбол» 2010-2015 гг.

Футбол утром в вашей почте

Утренняя рассылка ftbl.ru - всё, что важно знать с утра

 

Загрузка...

Добавить комментарий

Войти с помощью: