Андер-19-доги. Почему России не стоит ждать своего Лионеля Месси

Сборная России на Евро-2016 обещает стать самой возрастной командой. Двоим ее основным центральным защитникам в сумме под 70. Ее мозг – Роман Широков – в июле отметит 35-летие. Самому молодому ее лидеру Алану Дзагоеву – 25. Самым «юным» Смолову и Кокорину – 26 и 25 соответственно. Младше их в команде только Александр Головин.



Тем временем в российской Премьер-лиге работает лимит. А юношеские российские команды время от времени берут медали на своих чемпионатах Европы. Чтобы понять, куда они потом исчезают, корреспондент еженедельника «Футбол» провел в Португалии вместе с юношеской сборной России (Under-19) весь элитный раунд Евро-2016. И увидел, за счет чего мы можем не проигрывать топ-командам континента, как каждая победа и даже ничья с ними превращаются в небольшое чудо и почему взрослая сборная России, если хочет что-то выиграть, должна быть похожа на Грецию-2004.

Правый защитник

«Хотите поучаствовать?» – старший тренер юношеской сборной России Сергей Кирьяков протягивал мне красную манишку. Это был мой первый вызов в национальную команду, причем составленную из игроков вдвое младше меня. И это была тренировка накануне матча с Португалией – встречи с фаворитом всего юношеского Евро-2016, в которой нас устраивала только победа.

Что надо знать, отправляясь на футбол в Москву

Чемпионат Европы для 19-летних – самый жесткий по отбору турнир из всех возрастов. В финальной части принимают участие всего восемь команд. Чтобы оказаться там, надо пройти отборочный этап, а потом выиграть одну из семи групп элитного раунда. На нем мы, сборная России (U-19), и застряли.

Все началось с обидного поражения. Словения, которой на этом турнире везло так, что соперники в матчах с ней забивали сами себе, дотерпела до победы и в игре с командой Кирьякова. Проведя весь матч в обороне, словенцы на последних минутах дождались стандарта у российский ворот и вскоре отмечали победу – 1:0. А у сборной России оставался последний шанс – обыграть фаворита Евро-2016 Португалию на ее поле.

Тренировка была в самом разгаре. В центральном круге стоял стенд с макетом и фишками, и команда слушала, как Сергей Кирьяков объясняет новую, специально подобранную под португальцев тактику. Обычно его команда играла 4+2+3+1. Под португальцев готовили 4+3+3. Но атакующая тройка в полном составе должна была первой волной встречать атаки соперника не раньше, чем у центральной линии.

— Не раньше! Центральная линия — это ваш ориентир! Полетите накрывать раньше, у вас за спинами останется свободное пространство и нас просто порвут, — в двадцатый раз повторял Кирьяков. Накануне именно так Португалия – самая скоростная команда турнира — порвала шведов.

В красной манишке я изображал правого защитника португальской команды. Как любой уважающий себя правый защитник топ-соперника сборной России, большую часть времени я проводил на российской половине поля. Мяч медленно перекатывался между нами, теми, кто в красном, – тренерами, массажистом, физиотерапевтом, журналистом, — а основной состав юношеской сборной России по тактам разучивал, кто, как и кого встречает и страхует в каждой конкретной ситуации. Медленно, шаг за шагом, маятник перестраивающейся команды раскачивался из стороны в сторону. Иногда я пешком делал «забегания» по флангу, и тогда «мой» нападающий уходил со мной чуть ли не до лицевой линии. А иногда Кирьяков командовал: «Незапланированная потеря!», и я задумчиво смотрел на стремительно исчезающую в атаке спину моего опекуна.

Незапланированные потери нам всегда удавались лучше всего.

 

Путь сборной Греции

На следующий день во время матча с Португалией все было точно так же. Соперник пытался расшатать оборону российской сборной, а все ее игроки старательно перекрывали все, что могли перекрыть, страховали все, что успевали страховать, и иногда пытались убегать в контратаки. Если бы не досадная ошибка у своих ворот, все и вовсе могло бы закончиться лучше, чем 1:1. Сама по себе неплохая ничья с фаворитами турнира. Которая, впрочем, все равно закрывала перед Россией дорогу на Евро.

— Мы вынуждены были играть с Португалией вторым номером. Как и с любой другой топ-сборной. Только за счет дисциплины, за счет организации мы как-то сводим к минимуму разницу в классе. Но если бы мы с той же Португалией сейчас вышли играть в открытый футбол, нас бы раскатали на раз-два, — объяснял мне Сергей Кирьяков. И вспоминал, за счет чего юношеские сборные Игоря Колыванова и Дмитрия Хомухи добивались успеха.

Победе Колыванова на юношеском Евро-2006 на днях исполняется 10 лет. Из его команды никто не дорос до основы первой сборной, а в Премьер-лиге сейчас играют трое: вратарь Евгений Помазан – второй-третий голкипер «Анжи», Александр Сапета бьется в «Урале», Александр Прудников тащит «Амкар» из зоны вылета. А лучший игрок того чемпионата Европы Тони Кроос, выступавший за выбитую нами в полуфинале Германию, – чемпион мира, обладатель Кубка чемпионов и победитель почти всего, что можно в немецком футболе, и еще немного чего в испанском.

Год назад юношеская сборная Дмитрия Хомухи вышла в финал чемпионата Европы (U-19). Лучшими бомбардирами той команды были Рамиль Шейдаев и Алексей Гасилин. Первый сейчас в «Зените-2», второй – в молодежном составе немецкого «Шальке-04». Голкипер Антон Митрюшкин уехал в швейцарский «Сьон», Никита Чернов из-за каприза Капелло умудрился дебютировать в национальной сборной раньше, чем в РФПЛ, и из всех лидеров в порядке сейчас только Александр Головин.

— Потому что наши юношеские сборные выигрывали не за счет индивидуальных качеств футболистов, а за счет характера и дисциплины, — объяснял Кирьяков. — У Колыванова подобралась хорошая группа игроков, которые сами хотели все это делать и выигрывать. То же самое было и у Хомухи. Таких бойцов, как в команде Колыванова и Хомухи, у нас сейчас не было, и я об этом сожалею. То, что сейчас мы уступаем лидерам в работе с мячом, – это факт. Это просто бросается в глаза именно в этом возрасте. В возрасте, когда детский футбол уже позади, идет этап становления и нужно играть уже с мужиками. Здесь и начинаются основные проблемы — нехватка мастерства, нехватка оснащения, и поэтому основная масса молодых игроков исчезает из футбола. Взять португальцев – каждый быстрее. Каждый быстрее с мячом, каждый быстрее принимает решение, каждый бежит быстрее. И я уверен: через несколько лет четыре-пять человек из их состава будут в основной сборной.

Сколько будет в основной сборной у нас из этой команды, Сергей Кирьяков не говорит. В российском футболе вообще не очень любят предсказания. Хотя все понимают, что ни своего Месси, ни Роналдо, ни даже Крооса в российском футболе в ближайшее время не появится. И если сборная России что-то собирается выиграть в обозримом будущем, то это будет победа, похожая на путь Греции на Евро-2004.


Тапочки и гимн

Почему российский юношеский футбол не воспитывает индивидуальностей, кажется, не понимает никто. Иногда это похоже на проклятие. Например, в сборной Кирьякова «звездный» 10-й номер у Максимилиана Проничева – игрока, который родился в Германии, футбольное образование получал в школе берлинской «Герты». А два года назад он перешел в «Зенит», и, похоже, это была ошибка. Сейчас Проничев вернулся в Германию, играет в аренде за команду (U-19) «Шальке-04» и является одним из лучших бомбардиров немецкой Джуниор-лиги – 15 голов в 16 матчах (у лучшего бомбардира – 17). Но даже со своим немецким образованием и голевыми подвигами Проничев – сейчас не основной игрок юношеской сборной России.

Бесконтрольные матчи. Андрей Вдовин — об ожиданиях и проблемах сборной России

— Два года назад Максимилиан был здесь ведущим игроком, – рассказывает Сергей Кирьяков. — Он забивал много, и решающие голы в том числе. Но потом он затормозил в развитии в силу своих физических данных: ему не хватает скорости. Футбол предъявляет все более серьезные требования, нужна скорость во всем – не только в передвижении, но и в мышлении. Поэтому Максимилиану, мне кажется, сложно будет двигаться вперед.

«Мой папа приехал в Германию в футбол играть, и мама приехала с ним. Там я и родился», – рассказывает свою историю Проничев. Несколько лет назад его приглашали в юношескую сборную Германии, но прямо на сборах выяснилось, что у Максимилиана есть только русский паспорт. «Чтобы у меня было немецкое гражданство, кто-то из моих родителей должен был отказаться от российского паспорта и тоже получить гражданство Германии, но мы решили так не делать, — говорит Проничев. — Сейчас мне исполнилось 18 лет, и теперь я сам могу выбирать, какое гражданство у меня будет. Отказываться от российского не хотелось бы, и сейчас мы ищем варианты, чтобы было двойное гражданство».

На вопрос, чем отличаются тренировки сборной Германии и сборной России, Проничев пожимает плечами: «В сборной Германии все более структурно, жестче дисциплина. Немцы пунктуальны, немцы педантичны, у немцев все точно. Каждый игрок точно выполняет, что ему говорит тренер. А если не выполняет, то его на следующий день нет в команде. Конкуренция сумасшедшая. За каждым кандидатом стоят еще десять, которые почти ничем не хуже».

 

На счет дисциплины сборная Кирьякова ничем особо не отличалась от сборной Швеции или Португалии, с которыми жила во время элитного раунда в одном отеле. В некоторых моментах было даже строже. Например, в ресторане — никаких тапочек на босу ногу и все в одинаковой форме. «Ресторан – это мероприятие командное, во время которого мы должны выглядеть солидно, как единая команда. Это объединяет», — объясняет Кирьяков. И рассказывает, что денежных штрафов тренерский штаб не вводил: «У нас у игроков нет зарплат, есть только премиальные за выполнение общей задачи. Были бы зарплаты — были бы и штрафы».

В некоторых других командах проверяют отбой и отбирают на ночь смартфоны и все гаджеты. В сборной Кирьякова такого нет. Он вообще себя не считает ни тренером-диктатором, ни тренером-демократом: «У нас нет такого, чтобы как в армии жестко выключался свет, и все. Мы не ходим и не проверяем отбой в 23:00. Но если кто-то попадется, он будет наказан, вплоть до отчисления из команды».

И еще в сборной Кирьякова многие перед матчем поют гимн. «Это вообще сначала было одно из моих первых требований, — признается Кирьяков. — Потом я смягчил свое отношение к этому моменту. У каждого все индивидуально. Один хочет петь, второй – нет, третий весь уже в игре и в пол смотрит. И требование превратилось в пожелание, но не исчезло. Потому что все равно это элемент настроя на игру, элемент, объединяющий команду. Немцы щепетильно относятся к этому вопросу. На одном из тренерских конгрессов Матиас Заммер, на тот момент спортивный директор федерации, рассказывал, что когда собирается сборная самого младшего возраста, первое, что они делают, это раздают листочки со словами гимна и ребята учат их и поют гимн. У них, конечно, другая проблема – в командах много турок, арабов, поляков. Но все равно любая сборная начинается с флага и гимна».

Выбрать 15 из 18

— В такой огромной стране, как Россия, мы, например, в возрасте моей сборной имеем 15 игроков более-менее европейского уровня, — приводит свои цифры Сергей Кирьяков. — В Германии заявку из 18 человек набирают из 120 кандидатов. А мы должны 15 выбрать из 18.

Российский юношеский футбол научился решать и не такие логически невозможные задачи. Сергей Кирьяков рассказывает, как искали, например, вратаря для сборной: «Два года назад мы даже не предполагали, что столкнемся с такими сложностями. Во-первых, Иван Злобин, который играл в предыдущем цикле. Вдруг ни с того ни с сего мы узнаем, что у него проблемы с сердцем и его не допускают до игр сборных. Нам поначалу сказали, что его ждет небольшая операция и потом все будет нормально. Но все оказалось сложнее, и ему запретили играть не только за сборную, но и в клубе врачи не рекомендовали. Парень уехал в Португалию, в «Лейрию», а теперь он в «Бенфике». Потом был Тимур Акмурзин – надежный вратарь, надежный парень, и мы снова не испытывали никаких волнений с этой позицией. Но вдруг в августе прошлого года он получает тяжелое сотрясение мозга. У нас был Сухорученко, который неплохо провел игры с Англией. Но его внезапно по необъяснимым причинам отчисляют из «Спартака» и на все наши вопросы отвечают уклончиво, и никто так и не сказал, в чем дело»…

В этой истории с поисками вратаря весь российский футбол: агенты, травмы, способные поставить крест на самой многообещающей карьере, недоверие тренеров основных команд, звездная болезнь в самых разнообразных проявлениях, просто невезение, которое может заключаться во всем, в том числе и во врожденных проблемах со здоровьем. А к медицинским противопоказаниям даже сейчас в России относятся очень внимательно. Никому не нужны смерти на футбольном поле, и поэтому по указанию Минспорта перед каждым сбором и турниром игроки команды должны пройти полный медосмотр — от флюорографии до зубного. И если у футболиста есть хотя бы три зуба с кариесом, ему запрещено приезжать на сбор.

 

Легионеры

Поэтому все тренеры юношеских сборных – за лимит на легионеров обеими руками. Все они понимают, что российские клубы вряд ли ждут победы в еврокубках, пока действует суровое ограничение на использование иностранцев. Но при этом каждому очевидно, что отмена лимита превратится в катастрофу для юношеского футбола в России. Хотя бы потому, что почти никто из тренеров Премьер-лиги, решая задачи здесь и сейчас, не будет заморачиваться, как подтаскивать к основе вчерашних дублеров.

Наши в Европе. Андрей Вдовин — о том, чем занимаются россияне в иностранных чемпионатах

Из всей сборной России (U-19) нынешнего созыва опыт игры за основу взрослых команд имеют всего несколько футболистов. Георгий Мелкадзе – главная звезда этой команды, один из лидеров «Спартака-2», и сейчас его подводят к основной команде. Николай Обольский мелькал в играх за «Динамо», но даже при таком дефиците форвардов у Кобелева он почти не выходит на поле. Крайний защитник Кирилл Маляров в свои 18 лет был признан лучшим игроком нижегородской «Волги» в первой части сезона.

И из-за этого тоже российские молодые игроки, несмотря на лимит, все чаще уезжают за границу. Например, в сборной Кирьякова кроме Проничева был еще один легионер – Дмитрий Скопинцев в команду приезжал из австрийского «Ред Булла». «Его купил клуб «Лейпциг», потом отдали в аренду в австрийский «Ред Булл» — у них что-то вроде футбольного холдинга, объединенного одним спонсором. Но перед тем как они купили Скопинцева, мне звонили из «Лейпцига», спрашивали мое мнение, — раскрывает небольшой секрет Кирьяков. — У Скопинцева есть все, чтобы проявить себя и сделать хорошую карьеру. Но есть нюансы. Например, языковой барьер – в таком возрасте вообще тяжело одному уезжать за границу. Его словно выбросили в болото: выплывет — значит, будет футболистом. Нет – значит, осядет где-то там, во вторых дивизионах».

Но тот же Проничев всем в сборной советует пробовать себя за границей: «Потому что возможность вернуться в Россию у тебя будет всегда, а заиграть там – не факт». Но складывается впечатление, что сам нападающий «Шальке» хочет остаться в Германии. Он вообще охотно говорит только об одном из двух сезонов в Санкт-Петербурге. «Это просто фантастика, — вспоминает Максимилиан первую тренировку с основным составом. — Халк, Аршавин, Кержаков, Тимощук, Гарсия, Дани… Я этих футболистов раньше так близко видел, только когда на плейстейшен в FIFA играл. А тут вот они, рядом со мной на поле. Волновался очень, стеснялся, но Тимощук много помогал и на тренировках, и на сборе – подсказывал, что как лучше сделать, как на что реагировать. Хотя и другие игроки тоже отлично относились, без высокомерия. А на будущий год я посчитал, что следующий сезон не несет перспективы. Что лучше для меня будет в «Шальке», полезнее».


Звонок

Полезнее, скорее всего, потому, что в «Шальке» чуть ли не лучше всех в Германии умеют подводить молодежь к основному составу. Своих в Гельзенкирхене ценят и делают на них немалую ставку, даже несмотря на логотип «Газпрома» на футболках.

— Слоган «Мечты сбываются» он больше в «Зените» работает, — говорит Проничев. – А «Шальке» не покупает таких дорогих футболистов, как питерская команда. Наш тренер (с командой U-19 работает Норберт Элгерт) больше десяти лет в клубе. Он как продавец в магазинчике Handmade – через его руки прошли многие игроки, которых «Шальке» потом продал за хорошие деньги, начиная от Нойера. Хеведас, Матип, Майер, Сане – тоже все его игроки. Все говорят: супертренер. Потому что из его молодежных команд каждый раз человек семь выходят на следующий уровень.

В России считается, если дубль дал основе двух игроков — это уже суперуспешный год. Но даже лимит не гарантирует молодому игроку билета в счастливое футбольное будущее. Сергей Кирьяков рассказывает историю Николая Кипиани, который еще в прошлом году считался в «Локомотиве» перспективным дублером.

— Кипиани – из тех игроков, которые могут сделать эпизод, — говорит главный тренер юношеской сборной. – Он обладает дриблингом, обладает скоростью. Но его постоянно надо мотивировать и заставлять. Я ему не раз говорил: «За тобой никто ходить не будет, тебе дадут один шанс, бросят в команду, и дальше сам – выкарабкаешься, значит, все будет хорошо, нет – сам виноват». Так и произошло. У него был шанс в «Локомотиве». Но он его не использовал не по игровым показателям. У него в раздевалке первой команды зазвонил телефон. И все – тренер сказал, что ему такой футболист не нужен. Вот он полгода сидел без клуба, тренировался в команде КФК. Один свой шанс он упустил. Может быть, будет второй. Но никто с ним сюсюкаться в Премьер-лиге не будет, и это им надо понимать.

Москва – Лиссабон – Порту – Москва

Текст: Андрей Вдовин

Фото: Андрей Вдовин

Скачайте приложение еженедельника «Футбол»!                                                           

App Store: https://itunes.apple.com/ru/app/ezenedel-nik-futbol-zurnal/id957851524?mt=8                                                      

Google Play: https://play.google.com/store/apps/details?id=net.magtoapp.viewer.weeklyfootball&hl=ru

Аппстор  googleplay 90 минут

Поделиться:

Андрей Вдовин

Креативный редактор еженедельника «Футбол»

Футбол утром в вашей почте

Утренняя рассылка ftbl.ru - всё, что важно знать с утра

 

Загрузка...

Добавить комментарий

Войти с помощью: