Олег Кононов: «В моих командах неприятные вещи игрокам говорю только я»

Главный тренер «Спартака» Олег Кононов при всей своей публичности закрытый человек. За свою карьеру он дал не так много больших интервью. Постоянный автор еженедельника «Футбол. Хоккей» Илья Казаков в своем видеоблоге «Foot’больные люди» допрашивал Кононова почти два тайма по 45 минут, чтобы понять, кто является героем для нынешнего тренера самого популярного клуба страны.

Кононов

Штирлиц, Федун, Романцев

— Один из моих коллег как-то отметил, что у вас образ ученого-физика из 1960-х. А мне кажется, что вы похожи на героя экшена про ЦРУ/КГБ, где все главные герои — с непроницаемыми лицами. А на каких фильмах вы выросли?

— В памяти у меня — «Семнадцать мгновений весны». Замечательный фильм, где полностью раскрывается один герой – Штирлиц. Мне нравится и игра Тихонова, и весь сюжет. Я вырос на этом фильме, потому что в Советском Союзе его часто показывали.

— Откуда у вас эта маска? Почему так мало улыбаетесь?

— Вообще-то улыбаюсь я достаточно много. А когда меня камера снимает на матчах – здесь не до улыбок. Работа серьезная, ты должен быть сконцентрирован, внимателен.

— Леонид Федун на встрече с болельщиками сказал, что перед командой стоит сверхзадача — выиграть чемпионский титул в год столетия клуба (в 2022-м. – Ред.). Когда вы в «Спартак» приходили, то у вас контракта не было до этого юбилея. Какую задачу Федун перед вами сразу поставил?

— А я был на той беседе с болельщиками. Задача стоит — каждый год бороться за чемпионство. «Спартак» должен быть готов к серьезным успехам не только в чемпионате России, но и на международной арене. Надо команду подготовить и выстроить ее. Чтобы была клубная система, не случалось никаких спадов и провалов в селекции. Леонид Арнольдович подчеркивал: очень важно, чтобы клуб был целостным, игроки спартаковской академии не пропадали, а росли.

— А вы колебались: принимать ли предложения «Спартака» или остаться в Туле, в «Арсенале»?

— Я получил приглашение в «Спартак» после отставки Массимо Карреры. Как только он ушел, со мной стали конкретно разговаривать. На первой встрече я сразу сказал, что мне нужно все обсудить с руководством «Арсенала». И переговоры начались только после того, как я поговорил с Гурамом Захаровичем Аджоевым.

Сергей Рыжиков: «Бердыев – человек восточный, его надо понять и простить»

— Часто тренера спрашивают, встречался ли он с предшественником. В вашей карьере такое общение «по горячим следам» случалось?

— Нет, у меня такого не было. Хотя если тренер уходит из команды по-хорошему, по-доброму, то такая встреча нужна. Но она должна быть инициативой обеих сторон. Если кто-то из специалистов не хочет, то в ней нет никакого смысла.

— Зато вы встречались с Олегом Романцевым. Что это было: необходимость, этика, поиск поддержки?

— Сразу скажу: не декорация. Никогда ни под кого не подстраивался и никогда этого делать не буду. Выбранный мною стиль игры, наверное, похож на тот футбол, который был при Олеге Ивановиче. Я с детства болел за «Спартак», и мне нравился еще тот футбол, который ставил Константин Иванович Бесков. А Олег Иванович – величина, что доказано не только игрой его команды, но и ее результатами. Воспитанники Романцева тренируют сейчас команды Премьер-лиги. Это большое достижение. Я пришел поговорить с Олегом Ивановичем о том, как он видит со стороны то, что сейчас происходит в «Спартаке». Спросил его, как бы он поступил на моем месте, с чего бы начал работать в клубе.

— Ваши взгляды совпали?

— Совпали в том, что ситуация непростая, команду надо выводить психологически из тяжелого положения, а игроков — зарядить на борьбу. Настроить, что не все потеряно, а все только начинается.

Глушаков

 Кононов

— Мне кажется, что у вас две задачи в «Спартаке». Первая — поставить игру, которая давала бы результат. Вторая – защитить команду от давления трибун. Вы чувствуете в себе силы для противостояния негативу со стороны болельщиков по отношению к Глушакову?

— Я не могу гарантировать попадание в стартовый состав никому, тем более Глушакову. На данный момент он начал играть, потому что побеждает в конкуренции, а для меня это самое главное. Любой футболист, который будет работать и выкладываться на поле, достоин места в составе. Что касается трибун – сложный вопрос. Болельщики должны понимать, что главный тренер берет на себя результат. Он ответственен как за игрока, так и за команду. Если Денис будет соответствовать тем требованиям, которые я ставлю, – он будет выступать и будет капитаном. Не будет соответствовать – значит, выступать не будет. У меня все просто и жестко.

— Я вдруг понял: вы не на разведчика похожи, а на врача.

— Тренерство тоже включает в себя профессию врача: приходит футболист, и ты видишь, что он может играть лучше, понимаешь, какие качества у него надо дальше продолжать развивать. Смотришь на него, как на пациента, и хочешь дать ему все возможное, чтобы он стал лучше.

— Фабио Капелло однажды потряс меня ответом на вопрос, что самое важное для тренера то, как он оценивает игроков на предмет нужности команде. Он сказал: «Глаза». Как быстро вы определяете диагноз и бывают ли ошибки?

— Ошибки всегда бывают. Не ошибается тот, кто не работает, поэтому в первую очередь я смотрю на игрока в плане психологии, характера. Очень важно, чтобы футболист имел силу воли, внутренний стержень для достижения результата. Важен психологический портрет: что представляет собой игрок, есть ли у него заряженность на прогресс, цель, к которой он идет. Далее — чисто индивидуальные качества. Так и понимаешь, готов ли футболист идти вместе с тобой.

— Кто лучший ваш игрок? По духу, по реализации амбиций, по пониманию задач, требований?

— Я не буду называть фамилии. По духу мне близок тот, кто крепок внутренне, немногословен, предан и всегда будет учиться.

— «Зенит» включил Кокорина в заявку на Лигу Европы, а продолжит ли Мамаев вообще играть после окончания тюремной истории — ситуация непонятная. Как думаете, ему по силам будет вернуться в футбол на уровне Премьер-лиги?

— Павел крепкий. Мне жаль, что все так происходит, он должен играть. Думаю, он справится.

Агенты, штаб

 Кононов

— Когда читаешь то, что о вас пишут, часто встречается эпитет «скромный». Для человека, который ставит перед собой задачу выиграть Лигу чемпионов, это выглядит странно. Так Олег Кононов скромный или нескромный?

— Сдержанный. Сдержанность больше подходит для тренера.

— Вы один из редких на сегодняшний день в России специалистов, которые напрямую не ассоциируются ни с кем из агентов. Как так случилось?

— Я только начинал работать тренером и видел, как все происходит, слышал, читал, понимал, что агент агенту – рознь. Бывает агент порядочный, а бывает наоборот. Всегда хотелось осуществлять трудовую деятельность несмотря ни на что и ни на кого – то есть свободным. В свободе заключается все: ты никому не обязан. У меня есть контакты с агентами, я всех уважаю, но есть определенная черта, за которую я не пускаю никого.

— Как вы набираете людей в свой штаб?

— Бывают тренеры, которые практически не работают с командой — этим занимаются их помощники. А я отношусь к категории таких, которые сами работают. Специалист по тактике мне не нужен, потому что тактику и стратегию выбираю я сам, тренирую ее вместе с командой. Мне нужны узкопрофильные помощники. У меня сейчас в «Спартаке» двое таких. У каждого из них очень интересная своя черта. Есть молодой тренер-аналитик, который очень помогает мне в области психологии и работы с игроками. Другой дополняет мою работу на поле. Я всегда могу переключиться на отработку отбора мяча, он — на игру в атаке, и наоборот. Главный тренер никогда не терпит, чтобы все было медленно. Должно быть все быстро, четко. Если что-то надо поменять, помощник должен быстро и адекватно среагировать. Так я и выбирал свой штаб.

Ильзат Ахметов: «Раньше я ломал нос сопернику на поле. Теперь приходится себя контролировать»

— У второго тренера часто есть определенная миссия: он что-то говорит в раздевалке после или без главного тренера, когда надо жестко воздействовать на игроков. У вас в штабе кто говорит футболистам неприятные вещи?

— Только я.

— В «Спартаке» есть общий командный чат? Какая там интонация?

— У нас есть командный, тренерский чаты, чат с администрацией, имеется еще и обратная связь. Первый раз мы применили ее в тульском «Арсенале». Мне очень понравилось. Только я и игрок знают, о чем мы разговариваем друг с другом. Мы можем после этого еще и побеседовать с глазу на глаз. Для меня основное в работе — общение с футболистом. Если почувствую, что он не хочет общаться, – это сигнал, что я недорабатываю.

— А есть такие, которые не хотят общаться?

— Есть те, кто не привык говорить. Ты как тренер хочешь помочь футболисту улучшить его игру. Но он где-то не понимает, уходит в себя, не хочет раскрываться, признать ошибки. А мне нужна обратная связь, чтобы игрок понимал: если мы вместе узнаем слабости, то мы исправим их и будем сильнее.

«Карпаты», Галицкий

 Кононов

— История ваших назначений в России поразительна. Насколько вы сами удивлялись приглашениям клубов, где работали?

— Я никогда об этом не задумывался. Я постоянно в работе, и все мои мысли только о том, как лучше это делать.

— То есть когда вам в первый раз звонили из «Краснодара», вы это восприняли как должное?

— Удивление было, но не так чтобы «Ай, все, мне надо обязательно все бросить и ехать». Есть своя работа, определенные участки, которые ты недоделал и хочешь сделать лучше. Есть обязательства перед руководством, обязательства внутренние, чтобы игроки прогрессировали. Ты видишь, что идет процесс, и покидать команду не хочется.

— Ваши беседы с работодателями всегда в процессе переговоров уходили в сторону тактики?

— Когда меня приглашали клубы, то их руководители говорили о том, что хотелось бы выстроить команду, которая будет играть в футбол и при этом добиваться результата. У меня всегда спрашивали, что и как я буду делать, а я объяснял свое видение.

Александр Толстиков: «В России забыли, что футбол – это игра, а не работа»

— Вы говорили про первое предложение из Краснодара, которое встретили отказом. И теперь история, когда решили пойти в «Спартак» из «Арсенала», – в чем между ними разница? «Краснодар» — «Севастополь» и «Спартак» — «Арсенал» – это ведь примерно одинаковые пропорции.

— Да. В «Севастополе» мы выстроили хорошую работу, но не до конца. Мне было непросто уходить в «Краснодар», но я понимал, что еду домой, в Россию. В клуб, который возглавляет амбициозный руководитель и который хочет добиться максимума успеха. «Арсенал» и «Спартак» – в принципе, все повторяется. Амбиции у «Арсенала» есть, но амбиции «Спартака» побольше.

— Почему тогда – «нет», а сейчас – «да»?

— Первый раз, в «Карпатах», у меня еще был контракт, и тогда надо было принимать решение сразу же. Еще полгода продолжался чемпионат на Украине, было важно довести команду до зоны еврокубков, и я задачу выполнил.

— Я вспоминаю свою историю знакомства с Сергеем Галицким. Мы общались в Москве, Сергей Николаевич первое, что сказал: «Вы за кого – за Хави или за Иньесту? За «Барселону» или за «Реал»?» Эта дикая любовь к футболу, к жизни ошеломила. Галицкий говорит в быстром темпе, в вы — медленно. Как вы с ним общались?

— Да, Сергей Николаевич быстро и бегло изъясняется. Не могу сказать, что я так же с ним разговаривал. В первую очередь мы общались о делах «Краснодара». А еще Галицкий рассказывал про свою профессию. Было интересно слушать, как он управляет большой компанией.

— А вам легко разговаривать с руководством? В свое время «Известия» писали, что вы три или четыре раза подавали в отставку с поста главного тренера «Краснодара». Галицкий только в самый последний момент, после серии из четырех не очень удачных матчей, эту просьбу удовлетворил.

— В «Краснодаре» я в отставку никогда не подавал. То, что писали СМИ, – полный обман и вранье. У нас с Сергеем Николаевичем были прекрасные отношения. А разойтись – наше обоюдное решение. Что касается «Ахмата», то оттуда я ушел не по спортивным, а по семейным причинам. А в «Арсенале», конечно, было сложно. Мне очень нравилось в Туле. Гурам Захарович, губернатор все делают для того, чтобы футбол в регионе развивался. Сама атмосфера в команде мне очень нравилась. И только у нас начало получаться, появился определенный результат, как поступило предложение от «Спартака». Психологически было непросто принимать решение покинуть «Арсенал».

Кононов

— И долго думали?

— «Спартак» — клуб, который даст мне больше развития. Принял решение сразу. Но доля сожаления, что я недоделал работу в «Арсенале», осталась.

— Вы не то чтобы умеете мечтать – вы хотите мечтать: идете советоваться к Романцеву, осматриваете спартаковский музей на «Открытие Арене», видите гол Симоняна на видео и записываете его на телефон, — значит, ваши ориентиры в «Спартаке» понятны. О чем мечтаете применительно к своей нынешней команде?

— Я всегда мечтаю, с детства. Мечты сбываются только тогда, когда работаешь, когда воплощаешь их каждый день. Какие мечты – говорить не хотел бы, но они связаны с тем, чтобы «Спартак» стал сильнее.

— Сильнее, чем что?

— Чем на данный момент.

Текст: Илья Казаков
Фото:
Global Look Press

Поделиться:

Илья Казаков

Комментатор ВГТРК, пресс-атташе сборной России с 2005 по 2015 гг, автор книги «Настоящая сборная, или феномен Хиддинка»

Футбол утром в вашей почте

Утренняя рассылка ftbl.ru - всё, что важно знать с утра

 

Загрузка...

Добавить комментарий

Войти с помощью: