Мировое закулисье. Илья Казаков – об атмосфере на ЧМ

Страшно сказать, это седьмой чемпионат, на котором повезло оказаться. Чемпионаты мира-1998, 2006, 2010, первенства Европы-2004, 2008, 2012… Время летит, опыта и впечатлений становится больше, но все равно свежесть эмоций не уходит. Конечно, Франция летом 1998-го навсегда останется первой. Однако и все последующие Кубки, неважно, континентальные или глобальные, легли в память прочно. Парадокс, наверное, но что Евро-2012, что мундиаль-2010, после которых вроде бы как должны превалировать отрицательные впечатления, по прошествии лет вспоминаются все же иначе. Обычное дело, человеку свойственно оставлять внутри себя хорошее.

Болельщики Ганы

//Официальный сайт ФИФА

Не могу вспомнить после окончательного переезда за город, где сейчас лежит последняя из привезенных из ЮАР в Москву вувузел. Дешевая пластмассовая дудка, из которой звук выдувался после неимоверных усилий. Первым в нашем медиацентре ей научился пользоваться Дима Градиленко. Ходил героем, созывая коллег в урочный час на обед не хуже горнистов из моего пионерского детства. Это был редкий и правильный подарок в то просмоленное смогом и жарой лето. Помню общие опасения, что вувузелы приживутся в нашей болельщицкой среде, войдут в моду – от их какофонического звучания на Кубке мира остались самые неприятные воспоминания. Но не сбылось, к счастью.

Первым в медиацентре вувузелой научился пользоваться Дима Градиленко

Тот чемпионат – предпоследний в списке крупнейших турниров — воспринимался поначалу как командировка, отягощенная многими сложностями, меньшим злом из которых считался перелет на край света. Четырнадцать с половиной часов в воздухе, не считая четырехчасовой стыковки, действительно оказались испытанием, но когда в прошлом декабре дорога с жеребьевки финального этапа бразильского мундиаля заняла больше полутора суток – от отеля до дома, о поездке в Южную Африку я даже не вспомнил.

Точно так же, как и не вспоминал несколько лет, пока не полез в компьютер рассматривать старые фотографии, о тех картинах, которые так будоражили сознание. Знак на дороге, запрещающий останавливаться в этом районе Йоханнесбурга на красный свет. Город, в котором, чтобы просто поужинать, надо было вызывать такси и ехать в квартал, где ты был уверен, что можно достать бумажник на виду у всех без последствий.

Те же самые страхи сейчас у многих, отправляющихся этим летом в Бразилию. Мысли о безопасности, о длительном перелете, о до конца еще не понятной логистике. В ЮАР было так же тревожно – из-за ожидания неприятностей. Но в целом действительность оказалась мягче представлений о ней. Особенно в сегодняшних воспоминаниях о турнире. А ведь точно так же газеты писали о срыве графиков введения в эксплуатацию стадионов и прочих объектов, о риске, что аэропорты могут не справиться с потом туристов. Но обошлось. Пусть сперва и не верилось, что это возможно.

Пообщаться с футбольными легендами оказалось проще именно в ЮАР

В Европе, конечно, подобные страхи невозможны по определению. В целом – спокойная, устойчивая, изведанная и от Португалии до границы с Россией не такая уж и большая часть света. Понятная логистика, знакомый менталитет. Но в Польше было то самое, вроде бы как невозможное, побоище в Варшаве. Равное по своему эху только событиям 1998 года в Лансе, когда в результате столкновений хулиганов серьезно пострадал один из французских жандармов. Но ведь никто не думал, что такое может произойти в Старом Свете. Полиции хватало, все было хорошо организовано – и вдруг буча, с которой сразу не справились и которую не предотвратили. Хотя, конечно, в Европу всем нравится приезжать по понятной и не нуждающейся в перечислении совокупности причин.

При этом сфотографироваться или даже пообщаться с футбольными легендами оказалось проще именно в ЮАР. У меня есть только одно объяснение, почему так случилось. Киган, Билардо, Венгер, Вальдеррама, Гуллит находились на изолированной от внешнего мира территории медиацентра если не сутками, то значительную часть дня. И точно так же, как и все остальные, сатанели от замкнутости пространства. Обычно договориться со звездами об интервью – процесс долгий и затруднительный. В Йоханнесбурге это получалось на ура. 

Жаке делал все, чтобы не оказаться центром смерча

В Германии, Португалии, Франции – нет. Разве что сильнейшим воспоминанием из 2006-го остался разговор на медленном ходу Эме Жаке с французскими болельщиками, набежавшими на великого тренера после матча «трехцветных» со Швейцарией. Тогда все происходящее с французами на групповом этапе воспринималось исключительно как катастрофа, а Жаке комментировал футбол на национальном канале и олицетворял собой человека, знающего, как побеждать. Мы стояли с Бородюком и смотрели с верхнего пандуса на то, как сначала к чемпиону мира-1998 подбежали за автографом, потом попросили сфотографироваться – он делал все это на ходу, чтобы не оказаться центром начавшего формироваться вокруг него смерча, но все равно не сумел избежать бурлящего потока болельщиков. Жаке делал именно то единственное, что нужно было сделать в такой ситуации. Он шел по направлению к парковке, что-то негромко говоря окружавшим его людям, и это было похоже на одну из библейских картин, когда пастырь ведет за собой паству, доверчиво внимающую словам лидера. Помню, как подумал о символичности сцены: великое и недолгое прошлое сборной Франции уходит вместе с Жаке от стадиона, на котором еще сидит в раздевалке нынешняя команда, где остались люди из того состава.

Ни до, ни после ничего подобного по силе восприятия сторонним зрителем на чемпионатах мира и Европы видеть не доводилось. Хотя однажды я лицезрел футбольного бога, кого так любят по случаю упоминать журналисты. Это было тоже в 2006-м. В Штутгарте. К стадиону, прямо к ВИП входу, подкатил огромный белоснежный лимузин. Из него вышла девушка, разумеется, со светлыми волосами. Потом еще одна. Потом третья. Потом ребенок. Я обернулся посмотреть, не стоит ли за моей спиной Кустурица с сонмом операторов, инженеров и всех прочих членов съемочной группы. Нет, никого не было. И когда я возвращал голову в исходное положение, под совершенно несоответствующий этому чопорному и респектабельному городу визг (словно все происходило году в девяностом на подмосковном концерте «Ласкового мая»), на солнечный свет выбрался Армандо Диего Марадона. Возможно, лучший футболист за всю историю этой игры. Он было обособлен и в то же время идеально вписан в картину того дня. Во время матча, не помню уже какого именно, стадион чаще смотрел на него, чем на поле.

Хорошие были дни. Или, по крайней мере, в памяти они остались именно такими. Дни, проведенные на крупном турнире. Один из них начнется через какие-то пару недель.

Поделиться:

Илья Казаков

Комментатор ВГТРК, пресс-атташе сборной России с 2005 по 2015 гг, автор книги «Настоящая сборная, или феномен Хиддинка»

Футбол утром в вашей почте

Утренняя рассылка ftbl.ru - всё, что важно знать с утра

 

Загрузка...

Добавить комментарий

Войти с помощью: